Паутина

В свободное от службы время…

– Хочу, – подтвердил Алексей Николаевич. – Если уж так совпало, что Николка оказался там, пусть поможет. Я ведь не личную задачу прошу решить.

– Да ты хоть представляешь, чем сейчас твой сын там промышляет? – с раздражением спросил барон. – До тебя ли ему? Он по уши погряз в опасных и важных делах Персидской секретной экспедиции![49] Самого Исмаил-хаджи только что поймал! Русского разбойника, беглого каторжника и атамана тавризских абреков.

Лыков догадывался, что Николай занимается вещами, которые в любой момент могут стоить ему жизни.

И тут более осведомленный приятель произнес это вслух… Он с трудом отогнал тревогу и продолжил:

– А я настаиваю на своей правоте. Персия далеко, а Россия – вот она. И здесь готовятся серьезные дела. Следует бить на опережение. Для безопасности общества требуется разогнать уголовных вождей. Не дать им объединиться, чтобы притеснять обывателей с удвоенной силой. Так что, твое превосходительство, обеспечь мне связь с сыном. Доведи до него мою просьбу телеграммой. Сообщи в ней то немногое, что мы знаем о потенциальном «иване ивановиче».

В том числе фамилии Халилова и Махотина. Про Русское экспортное товарищество упомяни. А также про догадку, что Сорокоум, возможно, входит в число пайщиков Шлиссельбургской ситценабивной фабрики.

– Слушаюсь, твое высокородие, – нехотя согласился барон. – Ну, идем чай пить, у Лидии к тебе имеются вопросы.

– Сначала пусти меня к эриксону.

Алексей Николаевич телефонировал дежурному чиновнику Департамента полиции и приказал ему выяснить, получал ли Самсон Кириллович Махотин в градоначальстве заграничный паспорт.

Потом выпил чаю с супругами Таубе и отправился в Александровский парк.

По случаю воскресенья парк наводнила гуляющая публика. По нему невозможно было пройти. Детей с воздушными шарами вели в зверинец, повсюду сновали разносчики снеди, принаряженные девки выбирали себе кавалеров, парни в кубовых рубахах распивали пиво… Где здесь найти коллежского асессора Азвестопуло с женой и двумя малявками?"

"Лыков потолкался у зоологического сада и пошел в сторону Народного дома. Перед ним вытянулись в ряд деревянные киоски, в которых продавали пироги, калоши, платки и тому подобный товар.

Вдруг Сергей покупает там леденцы своему старшему? Маневр оказался удачный, но результат вышел совершенно неожиданный. Алексей Николаевич сначала услышал голос помощника и лишь секунду спустя узнал его. Загримированный Азвестопуло стоял перед одним из киосков и зазывал публику:

– А вот копорский чай, дешево и вкусно! А еще свечи и конфекты ручной фабрикации. Налетай, не скупись, разбирай, не ленись! Всемеро дешевле китайского и нисколько не хужее.