Поедательницы пирожных

Начальник клиентского отдела Звонарев даже рассердился на Карину, потому что из-за ее невнимательности пришлось спешно переделывать один важный документ.

— Я тебя сегодня не узнаю! — сурово резюмировал он, возвращая ей бумаги на доработку.

— Сейчас быстренько переделаю, — виновато пряча глаза, пробормотала она.

— Только на сей раз внимательно, пожалуйста. Все-таки не меню для чебуречной печатаем, а разрабатываем продукт, за который клиент платит деньги. Причем немалые.

Карина снова попыталась сосредоточиться на работе, но сегодня это плохо удавалось. Проклятые вопросы — что же все-таки задумал Марьянов и что ей теперь делать? — не давали покоя.

Примерно в начале шестого Марьянов позвонил по внутреннему телефону и сказал:

— Карина, меня ни с кем сегодня больше не соединяйте, просите всех звонить завтра утром. Да, а нашим скажите: у кого есть ко мне вопросы — пусть сегодня до шести приходят, потом буду занят. Позвоните Скворцову, Конокраду, Звонареву, Рогожиной, Дементьеву…

— Хорошо, Родион Алексеевич, я предупрежу. Вы уезжаете?

— Пока не знаю. Вероятно. Но, может быть, и нет, — туманно ответил генеральный директор.

«Кого-то ждет и волнуется», — поняла Карина. Нет, сегодня шеф положительно был не такой, как обычно. Если он куда-то отправится, следует тихонечко проследить за ним. Но здесь возникала проблема — старенькую машину, которую презентовал ей отец для поездок на службу, Карина водила неуверенно, с опаской, свойственной всем начинающим автолюбителям. Поэтому погоня за Марьяновым могла закончиться для нее плачевно.

«В любом случае, — размышляла Карина, — нужно быть предельно внимательной и держать ситуацию под контролем. Вдруг это как-то связано с Ноной? Или не с Ноной, а с этой, как ее, про которую говорил тот неприятный тип по фамилии Панюшкин. С таинственной Леной».

Выполняя поручение шефа, она обзвонила всех, кому мог сегодня потребоваться генеральный директор. Скворцов тут же прибежал с ворохом всяких бумаг, но довольно быстро вышел и вскоре уехал, сказав, что будет только завтра. Звонарев сказал, что пока Карина не исправит документ, делать у Марьянова ему нечего. Бере-зин был на каком-то конгрессе вместе с начальником отдела рекламы. Правда, ее звонок очень взволновал финансового директора. Аркадий Конокрад заявил, что ему необходимо срочно переговорить с Родионом Алексеевичем. И обязательно сегодня.

Действительно, минут через десять он, слегка запыхавшись, вошел в приемную, держа в руках тонкую серую папку. Но когда Карина заглянула в кабинет Марьянова, чтобы доложить о приходе Конокрада, тот что-то нервно обсуждал по мобильному телефону. Он сердито глянул на нее и отрицательно покачал головой — мол, не могу сейчас, занят.