Помешанный на тебе

А меня приводит в восторг ее внутренняя девочка.

— А если у нас нет детей? И как бы не планируются, — встревает одна из гламурных дам, капризно надувая губы.

— Смотрите глубже. Это съемка не ребёнка, а умение фиксировать кадры в динамике и добиться результата от человека, который не умеет выдавать эмоцию наигранно.

— О, а это интересно, — соглашается со мной блондинка.

— Можно тебя? — протягиваю руку мальчишке. Тот распахивает глаза, оглядываясь с сомнением на Аделину. Подхожу к ребенку ближе. — Хочешь поиграть с этим аппаратом? — показываю ему камеру. Глаза мальчишки загораются. Он очень похож на маму. И мне нравится наблюдать за Аделиной в роли матери. Как она поправляет ему футболку, как закусывает губы, ловя реакцию сына, как волнуется, когда мальчик на меня реагирует. И мне снова хочется фотографировать только ее. — Я Артур, — по-мужски протягиваю пацану руку. — А тебя как зовут?

И ребенок снова оглядывается на мать в ожидании ее разрешения. Обычно дети в его возрасте очень контактные. Я, как человек, который провел сотни семейных фотосессий, это знаю.

Аделина кивает ему, но как-то волнительно посматривает на меня.

— Дюша, — представляется мальчишка. — Ой! — закрывает рот ладошкой, словно сказал что-то не то.

Что происходит в их семье? Они все словно выдрессированные.

Прищуриваюсь, заглядывая в глаза Аделине.

— Андрей, — быстро поправляется пацан, пожимая мою ладонь. Не отпуская его руки, тяну к себе. Оторвём тебя от контролирующей матери.

— Дюша мне нравится больше, — подмигиваю ему. — Ну что, научим их всех снимать правильно? Поможешь мне? — улыбаюсь мальчику, и тот охотно кивает.

Найти общий язык с ребенком оказалось намного проще, чем с его матерью. Мальчишка оказался очень живым и контактным, как только я оторвал его от матери и втянул в процесс.

Краем глаза наблюдаю за Аделиной. Она нервничает. Теребит ремешок сумки, постоянно поправляет волосы. Её взгляд мечется между мной и сыном, словно она боится нашего контакта.

Что за жизнь-то у вас, отчего вы шарахаетесь от людей?

— Смотри, Дюха, — показываю пацану, как правильно держать камеру. — Видишь эту кнопку? Нажимаешь, когда готов сделать снимок.

Он кивает с таким серьёзным видом, что я не могу сдержать усмешку. Ребёнок явно не избалован вниманием.

— А теперь давай попробуем снять твою маму, — помогаю ему, наводя камеру.

Аделина напрягается, но не может отказать сыну. Она неловко улыбается, и я вижу, как она пытается контролировать каждое своё движение. Словно боится сделать что-то не так. Опять зажалась. Хоть не отпускай ее.

Дальше все-таки отрываюсь от Аделины и веду свой курс, используя мальчишку, который рад вниманию. Нормальный живой ребенок.