После падения

Но ты воспользовался моей дочерью!

Отец бросается к Хардину, и я встаю между ними.

– Прекратите оба! – выкрикиваю я. – Если вам хочется ругаться из-за вашего прошлого – это ваш выбор, но не нужно вмешивать Хардина! У него были причины позвонить тебе, мама, а ты на него нападаешь. Это его дом, не ваш. Можете убираться отсюда! – Глаза горят от сдерживаемых слез, но я отказываюсь дать им волю. – Разрешайте ваши разногласия или уходите. Мы будем в спальне.

Родители замолкают. Они смотрят на меня, затем друг на друга. Хватаю Хардина за руку и тяну за собой. Лэндон идет за нами.

В спальне говорю Хардину:

– Лучше бы ты ей не звонил.

– Тебе нужно было с ней увидеться, – мрачно отвечает он.

– Она все только усложнила. Она рассказала отцу о том, что ты сделал.

– В тот момент позвонить твоей матери казалось мне правильным решением. Я пытался тебе помочь.

– Я знаю, – вздыхаю я.

– Нам постоянно теперь будут напоминать об этом дерьме, ты же знаешь, – раздосадованно говорит Хардин.

Я чувствую, как он снова замыкается.

– Нет, неправда, – говорю я.

Мысль о том, что будет, если Кимберли и Кристиан узнают о пари, меня пугает.

– Это правда! – Хардин повышает голос и начинает нервно расхаживать по комнате. – Все постоянно будут напоминать нам об этом! Напоминать о том, что я натворил!

Он с силой бьет кулаком по комоду и раскалывает крышку.

Лэндон вскакивает на ноги.

– Не делай этого! Не позволяй словам моей матери ранить тебя!

Хватаю Хардина за рубашку и притягиваю к себе. Он вырывается, но я не отпускаю. Я хватаю его за оба рукава, и он оборачивается.

– Ты не устала от всего этого? Тебе не надоело постоянно спорить? Если ты отпустишь меня, твоя жизнь станет в разы лучше!

– Прекрати! Ты знаешь, что ради тебя я готова вытерпеть что угодно!

Беру его лицо в свои ладони и заставляю взглянуть на меня.

– Послушайте меня, оба, – вмешивается Лэндон. – Вы не можете снова расстаться. Хардин, ты не должен позволять людям так влиять на тебя. Тебя должно волновать только мнение Тессы о тебе. И, Тесс… – Лэндон вздыхает. – Тебе не следует чувствовать себя виноватой и убеждать Хардина не уходить. Он должен понимать это без слов.

– Сейчас тебе нужно утешить Тессу, Хардин, – продолжает Лэндон. – Ее родители орут друг на друга в соседней комнате.

Хардин кивает и прижимается ко мне.

– Прости меня… – шепчет он.

– Мне нужно идти, – говорит Лэндон. – Я скажу маме, что вы заедете.

Я обнимаю его за шею.

– Спасибо за все. Я так рада, что ты здесь, – бормочу я, уткнувшись ему в грудь.

Лэндон крепко обнимает меня, и на этот раз Хардин его не одергивает. Лэндон выходит из комнаты, поворачиваюсь к Хардину, внимательно изучающему окровавленные суставы, и это напоминает мне что-то из нашего совместного прошлого.