После падения

– Нам следует вызвать полицию, иначе он не перестанет сюда приходить, – недовольно замечаю я. Я оглядываюсь на Лэндона и отца. Оба спят. Похоже, мы все заснули. Забавно.

– Нет, – слышу я голос Хардина из коридора.

Поднимаюсь на колени и приоткрываю дверь. Что, если Чад пришел не один? Что, если он хочет отомстить Хардину? Встаю и подхожу к отцу, чтобы разбудить.

За моей спиной раздается стук каблуков. Оборачиваюсь и вижу мать. Она – в своем узком красном платье, с завитыми волосами и в ярко-красной помаде. На красивом лице – печать мрачной решительности.

– Что ты здесь… – начинаю я, переводя взгляд на Хардина.

Он выглядит необычайно спокойным.

– Ты ей позвонил?

Хардин отводит взгляд. Как он мог позвонить моей матери? Зачем вообще он это сделал?

– Ты не отвечаешь на мои звонки, Тереза, – грозно начинает мать. – И теперь я вдруг узнаю, что здесь твой отец! И что он принимает наркотики!

Она проносится мимо меня словно коршун и оказывается у дивана. Руки с ярко-красными ногтями хватают отца за рукав и с силой стаскивают его на пол.

– Вставай, Ричард! – страшно рычит она, и я вздрагиваю.

Отец садится и трясет головой.

Когда он осознает, кто стоит перед ним, его глаза чуть не выкатываются из орбит.

– Кэрол? – спрашивает он необычайно жалко.

– Как ты смеешь! – Мать трясет пальцем перед его лицом.

Отец отползает от нее и упирается спиной в диван. На его лице застывает ужас.

Лэндон вздрагивает и просыпается.

– Тереза, иди в спальню! – приказывает мать.

– Что? Я никуда не пойду, – возражаю я.

– Она уже не ребенок, Кэрол, – говорит отец.

Мать надувает губы, и я знаю, что она сейчас скажет.

– Не смей говорить так, будто ее знаешь! И теперь я узнаю, что ты принимаешь наркотики!

Отец встает и делает шаг к матери.

Теперь его голос звучит увереннее.

– Я уже завязал! – выкрикивает он.

Мне хочется спрятаться за Хардином. Лэндон в ужасе на меня смотрит. Глаза Хардина сфокусированы на моем отце.

– Может, пойдем? – беззвучно шепчет Лэндон.

Я качаю головой.

– Уже?! Уже! – Мать в ярости топает ногой.

– Да, уже! Я не идеален, понятно? – Отец проводит руками по волосам. Я вздрагиваю, узнавая этот жест.

– Не идеален! Ха! – Мать горько смеется.

Мне хочется включить свет, но я не могу заставить себя двинуться.

Не знаю, как реагировать.

– Не быть идеальным – нормально. Принимать наркотики и утягивать дочь вместе с собой на дно – это уже плачевно! И недопустимо!

– Я никуда ее не утягиваю!

– Да ты что! В ее жизни и так никакого порядка!

– С ее жизнью все в порядке, – вмешивается Хардин.

Мать бросает на него гневный взгляд, а затем вновь переключается на отца.

– Ты во всем виноват, Ричард Янг! Во всем! Если бы не ты, Тереза бы не состояла в мучительных отношениях с этим парнем! – Мать машет рукой на Хардина.