Право на сына
— Ты в своем уме? — произносит подруга в трубку, перезванивая сразу после получения фото того самого мужчины, от которого я собираюсь забеременеть прямо сегодня.— Понравился?— Ты сошла с ума! — твердит она. — Это же Станислав Лебедев.— Я в курсе, кто это.— И ты хочешь обманом забеременеть от него? Ты точно ненормальная.— Лера, ты его видела? Голубые глаза, ровный нос, прямой подбородок, взгляд хищника, походка льва на охоте, а руки…ты видела его руки? А пальцы? — перечисляю то, на что смотрю с расстояния нескольких метров. — Если и рожать, то от такого, как он. Это мой шанс, понимаешь? Последний.— А если он узнает?— Не узнает. Мы видимся в первый и последний раз.Но он вернулся и перевернул мою жизнь. Есть ли будущее у девушки из простой семьи и уверенного в себе бизнесмена?
Это точно не тот “молодой человек”, что ей нужен.
— Что?
Он наклоняется ближе ко мне, кладет руки на стол локтями и упирается о переплетенные пальцы. Наверное, я должен трусливо поджать хвост и извиниться, но как-то не за что. Я действительно хочу быть с Настей. С замужеством я, конечно, погорячился. Нам еще нужно узнать друг друга получше, но в ближайшем будущем — я только за.
— Я, в общем, не шутил, — пожимаю плечами. — Настя действительно станет моей женой. В будущем, — решаю уточнить, а то этот придурок наверняка все исковеркает и побежит спрашивать у нее, согласна ли она замуж.
— Она моя девушка, — не без раздражения произносит Максимка. — А ты ее сегодня увидел?"
"В другой ситуации я, наверное, рассмеялся бы ему в лицо, а сейчас просто вздыхаю. Не собираюсь нахваливаться, где, когда и при каких обстоятельствах узнал ее ближе, просто я свою позицию высказал. Ему решать, спокойно он ее примет, или устроит истерику. Его вопрос остается без ответа, потому что к столу подходит вначале Кирилл Петрович, а после и Стася с мамой.
Судя по внимательному взгляду, направленному “молодым человеком” на Стасю, он таки будет решать проблему не со мной, а с ней.
Я, то и дело, поглядываю в сторону, куда они ушли. Кирилл Петрович пытается меня отвлечь, да и мама старается, что-то расспрашивает. Явно заговаривает зубы.
— Простите, — я встаю, бросаю салфетку с колен на стол и размеренным быстрым шагом иду за дом.
Мне не нравится, что они там вдвоем и, как оказывается, не зря. Стоит мне почти дойти, как я слышу:
— Максим, пусти, я не хочу!
Я ускоряю шаг. Они стоят дальше угла, “молодой человек” что-то настойчиво объясняет Стасе и позволяет себе трясти ее за плечи, как тряпичную куклу.
— Ты всё поняла?
О как?! Голос подавать умеет? А чего со мной таким мямлей был? В штаны наложил или испугался, что в нос дам? Вот за нее и дам.
Развернуть, ударить, прижать ее испуганную к себе, обнять за плечи.
Стася трясется, хватается руками за мою спину и жмется так, что я чувствую ее дико колотящееся сердце. Все-таки, мало я ему врезал. Я бы обязательно влепил еще, но Стася вдруг едва-слышно шепчет:
— Забери меня отсюда. Забери, пожалуйста.
Черт их знает, что у них за семейка, раз мама настойчиво сватает его к придурку, но девушку, которую считаю своей, защитить обязан.
— Идем.

















