Райская птичка

Да и с чего бы ему волноваться? У него сейчас ведущая позиция, а вот ей бы не мешало иметь хоть каплю той решительности, что взыграла тем вечером, когда она решила предложить ему себя, а точнее – «снять» его. Никто из них не спешил начинать разговор. У неё не было на это права, а он… Что он предполагал, не представляла и искать что-то в его чёрных глазах не пыталась.

Молчание стало тягостным и не смотреть на Данте более стало невозможно и просто невежливо. Энджел оторвала взгляд от стола, заваленного документами, и взглянула на него прямо и открыто, хотя удалось это с большим трудом. Что-то мешало ей поверить в то, что он забудет их первую встречу и сделает вид, что ничего не было. И холодная улыбка, ни капли не смягчившая суровости его лица, подтвердила эти невесёлые мысли. Данте взял в руки какую-то папку. Не нужно быть провидцем, чтобы угадать какого характера это был документ.

- Энджел Лоран… - начал он, нарочито растягивая слова. - Двадцать восемь лет. Не замужем. Родители Джордан и Хелен Лоран… - Эти факты из её биографии, совершенно обычные, те, которые указываются в любой анкете работодателя, из его уст звучали как издевательство. Тон, каким он начал беседу, давал понять, что он прекрасно знал, с кем именно придётся сегодня встретиться и то, что он практически не заглядывал в папку, только подтверждало это. И судя по всему, узнал, что она работает у него – не сегодня. Провокация это или нет, но, в любом случае, радовать его своей реакцией Энджел не собиралась, а потому старалась не вслушиваться в слова и не реагировать на его голос, что получалось с трудом."

"Да уж, весёленькая получилась история, - уныло признала девушка. Что ни говори, никак не рассчитывала, что придётся увидеться с ним снова, но судьба преподнесла ей большой сюрприз. Собственная репутация всегда имела для неё огромное значение, а теперь годы безукоризненной работы были перечёркнуты одним лишь вечером. Единственно правильный теперь выход – не иметь с ним никакой связи. И если он решит её уволить, то так тому и быть. Волнение нарастало с каждой секундой, и она мечтала, чтобы всё это поскорее закончилось. Оказалась права и «как выяснилось, президент» захлопнул папку и отбросил её в сторону. Та самая харизма и бешеная энергетика, что привлекли её тогда, сегодня, не смазанные алкоголем, чувствовались втройне, и тело выдавало знакомую и очень опасную реакцию в виде волны мурашек.

Она откинулась на спинку и распрямила сжатые ладони. Намеренно не стала скрещивать руки или сидеть, сцепив в напряжении пальцы, чтобы не выдавать собственного волнения.

- Я слушаю, - только и сказал он. Коротко и жёстко.

- Мне кажется, вы уже все знаете… мистер Конти, - проговорила она и выдавила из себя его фамилию.