Райская птичка

Даже Каролине не могла Энджел признаться, какой страх испытывала. Действительно страх - безотчётный, не поддающийся определению. Не могла представить, как посмотрит ему в глаза. Что скажет. И скажет ли… А может быть его и вовсе не будет на месте. Тьерри об этом не упомянул, а она не спросила. Да, лучше бы его не было на месте.

Господи, уже и не знала, что на самом деле лучше…

- Тогда пошли домой. Мне надо собраться и подготовиться. И пообедать.

Пообедать. Вот только кусок в горло не лез. Желудок неприятно сводило, хотя голод явно чувствовался. Они зашли в уютное кафе на набережной, но ничего, что было в меню, её не привлекло. Чашка чая и кусок клубничного пирога – всё, что она смогла затолкать в себя. И конечно, это с большой натяжкой можно было назвать полноценным обедом, но хотя бы так, а не с пустым урчащим желудком. Иначе обморок гарантирован.

Весёлый трёп Каролины по дороге не отвлекал и расслабиться никак не получалось.

Где бы найти у себя такой регулятор, чтобы запросто настраиваться на нужную волну. Как радио."

"Почему тело иногда отказывалось подчиняться, а мозг - тем более?

То, что ей нельзя волноваться - единственный защитный механизм, - и если придётся, она его использует.

Их встречу она рисовала как угодно, но только не снова в его кабинете. Никогда не думала, что придётся вновь подниматься в этом лифте; привычно смотреть в зеркало, висящее на боковой стене; даже пытаться натянуть уголки губ, чтобы выдать правильную улыбку; шагать мимо вазонов с аспарагусом. Волноваться, как будто они виделись только вчера… С замиранием сердца открывать дверь...

Элен, так назвал секретаршу Тьерри, в приёмной не было. Зато в кабинет Данте дверь была открыта.

Энджел постояла, замешкавшись, оглянулась и посмотрела на часы. Потом шагнула за порог.

Данте как будто знал, что вошла именно она, и ждал её.

Ах, да, ему возможно известно, что её попросили прийти… Возможно…

Сразу же столкнулась с его взглядом и дальше чем на шаг продвинуться не смогла. Встала, как парализованная. Ждала этой встречи, но смотреть на него, в его чёрные глаза, всегда неожиданно, так много можно в них увидеть, прочитать. Своих чувств он не скрывал, оттого было тяжелее вдвойне. Пусть с такого расстояния Энджел не могла понять всего, но чувствовала кожей. Казалось, самые мелкие волоски опалило его злостью.

- Надо же… - до странности бесстрастным голосом бросил он и что-то положил на стол.

Она не могла оторваться от его лица, потому просто уловила его неторопливое движение. Потом Данте шагнул вперёд и тогда внутри что-то дрогнуло. Наверное, кровь забилась толчками, заставляя сердце стучать чаще и быстрее. Меж тем, вниз по позвоночнику поползли ледяные мурашки, кусая за кончики пальцев.

Он подошёл и остановился, не нарушая её личного пространства.