Раскалённый капкан. Ставка на выбывание

— Маня, у меня сегодня весь день через жопу. И все из-за тебя.

— Переживал? — Виновато закусила губу.

— Угу. Переживал. Ты так рвешься от меня, так хочешь быть свободной, хочешь что-то решить… и никак не поймешь, что наши отношения с самого начала зависят от тебя. Какими они будут, зависит только от тебя.

— Может быть. И все равно… Бажин ты сволочь, — нахмурилась. — Ты меня не слышишь, не понимаешь, делаешь все, как тебе надо и не думаешь о моих чувствах, — с женской обидой выпалила она.

— Угу, — с легкой усмешкой согласился он. — Я исправлюсь, обещаю. Завтра же брошу пить, курить и постригусь.

Она выдавила из себя тугой смешок.

— Если тебе будет легче, то я даже не успела вызвать такси. Уже не собиралась. И вещи распаковала. Но ты не дал мне этого сказать.

— Почему не позвонила? Надо было позвонить мне и сказать.

— Что сказать?

— Хоть что. Что хочешь сегодня в ресторан. Или не хочешь, будешь ждать меня дома. Я бы понял, что ты передумала.

— Следующий раз так и сделаю, — сквозь слезы усмехнулась она.

— Следующего раза не будет. У тебя больше нет права на ошибку. Это Бог пусть всех любит и прощает, я не Бог, я не прощу.

Не смогу. Я наступлю себе на горло, и мы расстанемся. Мне нужна верность ментальная. Не просто потому, что ты ленива для каких-то интрижек. А потому что ты верна мне телом, душой, мыслями. Ты должна быть вся со мной. Вся.

— Ну, вот радуйся. Ты нашел как раз ту самую наивную романтическую дуру, которая тоже считает, что верность должна быть ментальной, а потом от этого страдает.

— Я так и понял. Который месяц за того утырка отгребаю.

— Костя давно уже не стоит между нами, — смутилась Маша. — Между нами мой страх. Я боюсь повторения. Мне уже было очень больно.

Больше не хочу. Я не сильная и не смелая, и не умею рисковать. Особенно собой. И мне правда казалось, что влюбляться так скоро после расставания неправильно. И сама ситуация была для меня неудобная…

— Маня, неудобно джинсы на мокрую жопу натягивать. Вот это неудобно.

— Скажи, — пристально посмотрела на него, — а если бы я позвонила? Сказала, что хочу в ресторан, что собралась и жду тебя, что бы ты сделал?

— Мы бы пошли в ресторан, и я сделал бы вид, что ничего не знаю. Ну, хотела ты куда-то свалить. Ну, передумала. Ну, молодец.

Справилась со своими сомнениями. Я бы никак не дал тебе понять, что что-то знаю.

— Правда?

— Конечно.

Она кивнула, будто услышала то, что хотела, и, кажется, немного расслабилась.

— Маняша, девочка моя любимая, когда тебе плохо, мне тоже плохо. Когда я делаю тебе больно, я делаю больно себе. Давай не будем делать друг другу больно. Не разрушай. Себя и меня. Не упрямься. Просто отступи. Перестань бороться. И со мной, и с собой. И все. Тебе больше ничего не нужно делать. И бояться тоже ничего не нужно. Пожалуйста.