Рябиновый мед. Августина

И что он любит ее, всегда любил.

Но почему-то он не осмелился сказать ей этого.

— Этот брак может быть абсолютно формальным, если вы пожелаете, — небрежно добавил он, покачивая носком сапога. — К тому же война. Я не стану докучать вам своим присутствием.

Она так долго молчала, что у него зазвенело в ушах. Если сейчас он, как барышня, брякнется в обморок, будет весело…

— Я подумаю, Вознесенский. Но если вы ответите на мой вопрос.

— Спрашивайте.

— Когда восемь лет назад, летом, я лежала в холерном бараке за городом… какие цветы появлялись по утрам на окне?

— Васильки и колокольчики, — без запинки ответил он.

Сейчас у него был тот самый детский взгляд, как в тот день, когда в Буженинове он выбирал себе королеву.

— Я согласна.

Венчались в сельской церкви. Старый попик с добрыми глазами проводил обряд. Ася краем глаза видела доктора Грачева, ключницу Саввишну. Вознесенский был бледен, взволнован. В деревянной церкви тихо горели свечи и пахло ладаном. Когда Алексей надел ей на палец кольцо, Асе вдруг показалось все очень знакомым, будто она знала и эту церковь и видела раньше этих старушек — все-все… Обручальные кольца им подарила Софья Аркадьевна.

Узнав, что внучка выходит замуж, она вынесла из своего будуара шкатулку, открыла ее с некоторой торжественностью и достала два золотых кольца — маленькое и побольше.

— Это, Тиночка, кольца твоих дедушки и бабушки. Мы с Сергеем Павловичем прожили жизнь счастливую и были вполне довольны друг другом. Если бы смерть не разлучила нас так рано, то…

В этом моменте не обошлось без слез, которые присутствуют на всякой свадьбе."

"Софья Аркадьевна считала этот брак делом собственных рук, и ничто не могло поколебать ее в этой уверенности.

Она была очень довольна.

Дома на парадном крыльце молодоженов ждали ходячие раненые. При приближении свадебных саней по команде фельдшера они прокричали троекратное «ура», выстрелили в воздух.

Молодожены спрыгнули с саней на снег.

— Невеста ножки-то поморозит! — крикнул кто-то.

Вознесенский подхватил жену на руки и понес в дом. Ася охнула, испугавшись за него, но ничего не сказала.

И наверху в столовой был накрыт стол, и были гости — доктор, два офицера из второй палаты и Елена Павловна.

И даже песни были — кто-то принес гитару и пели все по очереди. Доктор Грачев был центром компании — шутил, ухаживал за бабушкой.

Омрачало праздник лишь то обстоятельство, что молодожен должен так скоро покинуть супругу и вернуться в часть.

— А теперь просим молодую спеть! — воскликнул вдруг доктор Грачев, передавая Асе гитару. — Асенька, не отказывайтесь! Я знаю, что вы поете.

Ася покачала головой. Меньше всего ей сейчас хотелось петь. Но не заставлять же упрашивать себя? Она взяла гитару, перебрала струны.