Роскошная хищница, или Сожженные мосты

– Я же сказал – нет! – зарычал Младич, и Марина сочла своим долгом вмешаться, выйдя из номера Матвея:

– Что за шум?

В коридоре стоял Младич в своем неизменном «Армани» и один из полузащитников, высокий, худой Паша Литвинов.

– Так что происходит? – Коваль перевела взгляд на футболиста, и тот, потоптавшись, сказал:"

"– У меня жена заболела, Марина Викторовна, а ребенок маленький совсем. Можно мне позвонить домой, узнать, что там?

Она протянула ему свой мобильный:

– Иди к себе, звони, потом вернешь.

– Спасибо! – едва не выкрикнул он и быстро скрылся в своем номере.

Коваль укоризненно посмотрела на Младича:

– Что ты за зверь, Мирко? Неужели нет исключений?

– Нет! И в следующий раз я бы попросил... – начал он, но она предостерегающе покачала головой, давая понять, что не стоит продолжать дальше.

– А как ему играть, как тренироваться? Ты об этом не подумал?

– Здесь не Смольный институт для благородных девиц!

– Понятно. Но впредь постарайся подходить к каждому индивидуально, хорошо?

Младич отвернулся и пошел к себе, а Марина вопросительно посмотрела на Комбара, и тот тихо сказал:

– У него с женой какие-то непонятки, она вчера приезжала, так ругались – труба просто!

– Ясненько.

В дверь постучал Литвинов, вернул Марине трубку и снова поблагодарил.

– Ну, что дома? – спросила она, и он облегченно выдохнул:

– Да вроде лучше, и теща приехала. Спасибо еще раз, Марина Викторовна!

– Не за что.

Домой она вернулась поздно и сразу почувствовала неладное. Заглянула в гараж и не обнаружила Женькиного «навигатора»... «Башку оторву!» – решила Марина про себя, входя в дом и опускаясь на пуфик в прихожей, чтобы снять сапоги. Каково же было ее удивление, когда из кухни появился Хохол, сел на корточки и привычно взялся руками за голенище, расстегивая «молнию».

– Ты дома? – спросила Марина глуповато, словно не верила глазам и хотела подтверждения.

– А где мне быть? – пожал он плечами, стаскивая сапог и принимаясь за второй. – Ты ж запретила высовываться, вот я и не высовываюсь.

– А джип твой где?

– Севка погнал в сервис, там фара правая что-то подсела, да и жрать он много начал, пусть посмотрят. А ты что долго так? Егор ждал-ждал, да и уснул.

Марина почувствовала укол совести: ребенок совсем редко видел ее в последнее время, постоянно общаясь то с няней, то с Женькой.

– Я завтра никуда не поеду, – пообещала Хохлу и заметила, как он обрадовался этому заявлению. – Побудем все вместе, погуляем.

– Идем, я тебя кормить буду. – Женька помог ей подняться с пуфика, сдернул кожаную куртку и, обняв за плечи, повел в ванную. – Давай ручки помоем, – включив воду, он сам вымыл Марине руки, как будто она маленькая, вытер их полотенцем. – Вот так...

– А фартук повяжешь? – поинтересовалась она, подчиняясь его воле.