Роскошная хищница, или Сожженные мосты

А теперь, когда в доме нет никого, кроме Гены, неизвестно, как поведет себя продавшийся охранник, какое именно задание получит от узнавшего о провале нападения Ашота.

– Аскер, Данька, заканчивайте тут, я домой! – Хохол сорвался с места и побежал к машине. – И уберите за собой, слышишь, Вилли?!

– Да езжай уже, Жека! – отмахнулся тот. – С Котом сам поговоришь?

– Сам!

Он несся, как на пожар, боялся не успеть, боялся даже думать о том, что может произойти дома в его отсутствие. Марина совсем одна, в доме только Гена... Да, Гена... Это хорошо, что он там, надежнее его и представить нельзя.

Влетевшая во двор машина, взвизгнув тормозами, распугала собак, Хохол выскочил и понесся к сторожке – там никого не было. Выхватив пистолет, он побежал в дом и там в гостиной застал последствия драки: вся мебель раскидана по углам, ковер на полу собран в гармошку, у батареи, прямо под висящей на одном гвозде сорванной гардиной, сидит Кот, прикованный наручником, из разбитой головы сочится кровь, а на диване полулежит Гена с перемотанной полотенцем рукой. Вокруг него по обивке расползлось огромное кровавое пятно.

– Что... что произошло?! – задохнулся Хохол, оглядев гостиную. – Марина где?"

"– Наверху... с ней Даша... – проговорил Гена, поморщившись. – А с Егором няня... они в нашем коттедже, в Дашкиной комнате...

– Ты толком скажи, что произошло! – разозлился Женька, садясь рядом с телохранителем. – Что с рукой? – он отдернул полотенце и вздрогнул: кисти у Гены не было...

– Топор у него был... – криво усмехаясь, проговорил Гена. – Еле успел... голову прикрыть... а то бы...

– Сука! – заорал Хохол, вскакивая и подбегая к сидящему на полу Коту.

С размаху он врезал ему ногой в лицо так, что Кот затылком ударился о батарею. – Тварь, паскуда! Кому продал?! Абрекам?! Забью, на хрен! – он принялся с остервенением пинать прикованного к батарее охранника, не заботясь о том, куда именно попадает. Кот уже не реагировал, мотался, как тряпка, потеряв сознание.

Сбросив пар, Хохол прошелся по гостиной, стараясь восстановить дыхание и унять все накатывающую волнами ярость. Он понимал, что нужно зайти к Марине, но все оттягивал этот момент, не хотел, чтобы она знала, что произошло, не хотел пугать и волновать лишний раз.

Поэтому нужно было сначала прийти в себя. Глянув на бледного от боли и кровопотери Гену, Хохол вынул телефон и позвонил Кулику, и тот изумленно воскликнул:

– Мне пора к вам переехать! Я на бензин трачу больше, чем в больничке зарабатываю!

– Не рассуждай, все оплатим! – перебил Женька. – Быстрее давай, кровью исходит парень!

– Перетяни руку жгутом, я на тумбочке возле Марины оставлял, – распорядился Валерка. – Я скоро.