Рубиновая девочка

Я подумала, почему производители игрушек по всему миру всё ещё выпускают плюшевых мишек. Стоит только предложить фигурку детёныша тюленя – как все дети мира сразу бы в него влюбились!

Ной для разнообразия перестал острить. Это хороший знак!

– Вау! – буркнул он, и тут же повисла благоговейная тишина. В этот момент я заметила, как тихо стало и на улице. По крыше больше не стучал дождь, не завывал ветер. Шторм утих.

– Нужно вынести его на улицу, – вздохнула я.

Ветер ещё дул, но волны успокоились. Из-за облаков проглядывали лучи заходящего солнца.

Это зрелище, кажется, ободрило шелки. Он ёрзал и с интересом принюхивался к воде, а потом внезапно заорал. Ной поморщился: звук напоминал что-то среднее между визгом, мычанием и стоном. Прямо как голос с того света!

– Все потерявшиеся детёныши тюленей так кричат, – сказала Нана. – Поэтому их ещё называют ревунами. Но это не всегда те, кто остался сиротой. Иногда матери просто охотятся рядом или теряются во время шторма. К сожалению, некоторые люди неправильно толкуют этот вой, а кое-кто даже забирает детёныша шелки с собой, хотя его мать скоро вернулась бы за ним.

К счастью, у нас на острове в этом все разбираются.

Ной посмотрел на неё:

– Все? А как вы отличаете потерявшихся детёнышей тюленя от шелки?

В отличие от Наны, я сразу поняла, о чём он. Без сомнения, он хотел знать, сколько ещё жителей острова в курсе тайны волшебного лазарета.

– Расскажу позже, – сказала я.

Мы с Ноем на секунду встретились глазами, а потом я перевела взгляд на океан.

– Хорошо, – ответил он коротко.

В присутствии Наны он был более сдержанным, чем во время экскурсии по лазарету.

Но я надеялась, что он понял важность моей просьбы. Пока мы говорили, шелки кричал всё громче, и теперь его голос тоже изменился. Казалось, его сигналы стали более настойчивыми, а сам он более взволнованным. Или, скорее, на что-то надеющимся. Я уже хотела спросить у остальных, заметили ли они это, как Ной указал рукой вперёд:

– Это то самое? Вот там, прямо у скалы.

Я взглянула туда, куда он показал, и увидела маленькую тюленью фигурку. Блестящее тельце то и дело скрывалось среди белых гребешков волн и снова выныривало.

– Плыви сюда! Твой малыш ждёт здесь! – крикнула Нана."

"Этот призыв был чем-то вроде проверки. Раньше от такого крика шелки точно бы сбежали прочь. Я с волнением следила за тем, как тюленье тело выныривает снова и снова. Прошло несколько секунд – а я уже не могла спокойно дышать от напряжения. Вдруг рядом раздался плеск воды, и на берег вынырнула шелки. Уселась перед нами и посмотрела таким спокойным и учтивым взглядом, какого точно не может быть у дикого животного.