Сердце Драокна. Сборник, часть III

Генерал посмотрел на самодовольного гнома, пинающего ногой (она все еще проходила насквозь) валявшийся на земле кузнечный молоток, видимо слетевший в пылу сражения с големом с одного из стеллажей. Тех самых стеллажей, которых сейчас… нигде не обнаруживалось. Но оно и понятно. Было бы странно, если бы те вообще уцелели.

— Что ты имеешь ввиду?"

"— А то, Хаджар, что в этой кузне нет ничего, что могло бы освободить Ляо Феня, но… здесь есть я, — Архад-Гален ткнул себя пальцем в грудь. — и под моим чутким руководством, в течении нескольких недель ты, думаю, справишься с тем, чтобы выковать ключ, которым можно выдернуть гвозди из гроба.

Но учти, что крышка гроба сплавлена с основанием и, чтобы разрезать шов, тебе потребуется пламя сравнимое по силе с пламенем Ирмарила.

О том, что ему придется добыть еще и пламя Ирмарила, Хаджар уже слышал. Причем от одного назойливого демона. Так что новость… не особо-то и новость.

— А что с ними? — Хаджар махнул рукой в сторону застывших гиртайцев.

— С ними ничего не будет, — пожал плечами гном.

— Опять же — не хочу показаться излишне грубым, но смертным нужна еда.

И вновь это самодовольная усмешка, огоньками сверкающая в квадратных зрачках.

— А ты, за все время, что находился здесь, чувствовал приступ голода?

Хаджар собирался уже ответить, но поймал себя за язык. Если задуматься, то голод он ощущал только после того, как они закончили подъем по лестнице. А оказавшись внутри, в пещере, он принял из рук Тара галету и ломтик сыра не из голода, а исключительно, чтобы не обидеть.

Да и сейчас он тоже… не чувствовал ни голода, ни жажды, что довольно странно, учитывая все произошедшее.

— Как это…

— Когда я был учеником Хафотиса, то пусть я и рожден под горой, Хаджар, но оставался смертным, которому требовался сон, пища и вода, — усмешка пропала из глаз Архад-Галена и ей на смену пришла легкая грусть. — Так что учитель сделал так, чтобы в кузне мне все это не требовалось и мы могли сосредоточиться на деле.

— На деле? — переспросил Хаджар, явно намекая на развалины титанического голема под их ногами.

— А, ты про этого? — спохватился гном. — Это лишь продукт моего небольшого хобби.

Меня всегда интересовал процесс создания жизни, так что я решил немного углубиться в него и, в результате, создал этого помощника. У него, кстати, всего одна задача — бить молотом, как только мы что-то скажем. Время не хотелось терять на команды, так что он реагирует на голос и бьет в сторону голоса. Так что, — и снова усмешка. — ты мог с ним не сражаться, а просто проигнорировать его вопрос о том, кто ты. Бедолага ведь, кроме нас с Хафотисом, больше никогда и никого не видел.

Хаджар прищурился.