Сильнее ветра 2. Горизонт свободы

Дождавшись от оглушённой Алисии невнятного согласия, я ослабил хват и с издевательской лаской погладил её по щеке.

– Умница. И ещё один момент. – Я склонился к её уху и, подстёгнутый мстительной натурой, с каким-то искажённым удовлетворением подчеркнул: – Тебя – я трахал. А её…  Додумать остальное тебе не составит труда, верно?

Глава 21.

Максвелл.

«Живым я отсюда не выйду».

Эта мысль трепыхалась в голове, пока я молча шёл за Виктором по причалу, заставленному бетонными и металлическими конструкциями: кранами и другим вспомогательным оборудованием для погрузки и разгрузки грузов.

Вдоль берега был припаркован контейнеровоз, следом за ним – баржа. Больше интересовал первый, но я знал, что среди сложенных друг на друга стальных ящиков нужного нет. И не потому, что я обладал мощнейшей интуицией, а потому, что вместо реки Калумет, мы сейчас находились в порту Лейк-Сити, расположенном в противоположном конце города. Виктор предусмотрительно и очень радикально изменил планы. А это означало только одно – он знает.

Кругом стояла подозрительная тишина. Не было видно ни сотрудников пристани, ни Кевина с кучкой отморозков, ни тем более сопровождающих груз китайских партнёров.

Я обернулся и выловил глазами Мейсона, стоящего возле своего любимого Porsche. Даже с такого расстояния я чувствовал его напряжение. Он с радостью составил бы нам компанию, но великий босс возжелал остаться со мной наедине, и Белль, как и парни из охраны, топчущиеся рядом с ним с автоматами наперевес, был вынужден подчиниться.

Виктор остановился у самой кромки причала. Один шаг – и над его головой сомкнётся толща болотной воды. В своих мыслях я очень чётко мог обрисовать его смерть, но мне никогда не хотелось перенести эту фантазии в реальность. Пожалуй, где-то в глубине души во мне всё ещё жил тот двенадцатилетний пацан, глядевший на Руиса как на божество. И вот того пацана я постоянно хотел прикончить.

– Полнолуние, – промолвил Виктор с совсем неприсущим ему меланхоличным взглядом.

Грязно-серый круг, недвижимо повисший в небе, не вызвал у меня никаких эмоций. Всё шло через задницу, нервы были на пределе, и странное поведение Руиса, наблюдающего за небесными светилами, лишь усиливало моё напряжение. Подцепив зубами сигарету из пачки Эм, я чиркнул колёсиком зажигалки и глубоко затянулся."

"– Попросить ребят притащить телескоп? – со скепсисом в голосе предложил я, выдохнув дым в чёрно-синее небо. Ненавидел ходить кругами. Пусть уже скажет, что я облажался, и приступит к наказанию.

Что там говорил Мейс?

«… прежде чем тебя прикончить, он задумается».

Я очень сильно в этом сомневался.

– Мои родители были перуанскими революционерами, – размеренно заговорил Виктор, и я не сразу донёс сигарету до рта.