Сильнее ветра 2. Горизонт свободы

– Виктор не собирался оставлять меня в тюрьме?"

"– Нет, – мрачно подтвердил мои домыслы Мейс. – Ты был прав, он запер тебя и обрубил все связи с внешним миром, чтобы ты почувствовал отчаяние. Ещё после твоего провального боя я окончательно осознал, что мы никогда не избавимся от него. Только если уберём или посадим. Виктор – непростая фигура, и его убийство принесло бы нам много проблем. Пришлось бы бегать годами. Второй вариант мне нравился больше. Ты тогда был весь на нервах, и я опасался, что на эмоциях ты примешь неверное решение. Сам вытащить тебя я не смог бы, поэтому придумал план. Я был уверен, что, услышав его, ты остынешь и загоришься им так же, как я. Тебе не хватало цели, и я её нашёл.

Иногда мне казалось, что грёбаный Лотнер знает меня лучше, чем я сам.

– Почему ты не признался мне, пока Виктор был в тюрьме?

Мейс снова затеребил пальцами несчастный край одеяла.

– Боялся, что не простишь, – он сказал это так тихо, что я еле расслышал. – Наверное, это прозвучит ужасно, но лично для меня ничего не изменилось: ты – моя семья. Люди, которые меня усыновили, хорошо ко мне относились. Они мне по-своему дороги. Но ты… Велл, мы столько вместе пережили, это невозможно перечеркнуть. Ничем. Я смотрел на себя в зеркало и повторял, что продал самого близкого человека за кусок хлеба, а затем вспоминал приют и находил оправдания.

Хитрожопый Белль знал, куда бить. Меня тронуло. Сильно. И я обязательно вытащу из него, что произошло в том чёртовом гадюшнике.

– Если бы Виктор не раскрыл тебя, ты признался бы?

– Нет.

Я знал, какой услышу ответ ещё до того, как он открыл рот.

– Только если перед самой смертью, – блекло улыбаясь, дополнил Мейс.

– Чтобы я плакал и плевался возле твоей могилы?

– То есть ты всё-таки плакал бы?

– Конечно. От счастья.

Теперь улыбка этого идиота была совсем другой: широкой и искренней. Но он рано радовался. Я ещё не закончил.

– Расскажи про Райса.

Белль подчистую стёр с лица все положительные эмоции. Ему не нравился вопрос. Мне тоже.

– Виктор любил проверять меня на верность. За полтора года до его освобождения меня нашёл Карлос и передал пожелание короля устранить мальчишку. Это было моим последним заданием. Думаю, Руис уже тогда мне не доверял. Я и пара парней следили за Эйденом несколько месяцев. Я знал о нём всё.

«Я знал о ней», – осталось неозвученным, втиснутым где-то между слов.

– Всё должно было выглядеть как несчастный случай. Мы выбрали вариант автокатастрофы и ждали удачный момент. В тот день… – Мейсон с горечью усмехнулся. – Я был за рулём грузовика. Я лишил жизни Эйдена Райса. Эмили стала случайной жертвой. То, что она выжила, – чудо. Когда я увидел её на интервью, я слегка напрягся. Но, когда ты запал на неё… я начал сходить с ума.