Сулейман. Я выбрал тебя (СИ)

– У твоего бывшего муда… парня, – поправляю себя в последний момент, не хочу при малышке выражаться некультурно, она у меня – девочка правильная, – проблемы нарисовались. Серьезные. Точнее, он сам себе их нарисовал вместе с дружком. А это были те обиженные ребятки, кого они на приличные бабки кинули.

– А я…

– А ты не при делах, – перебиваю, чтобы всю дурь из красивой головки выкинула, – но подстраховаться стоит.

– Что ты имеешь ввиду? – замирает.

– То, что пару дней поживешь у меня. Не волнуйся, – вновь улавливаю дрожь в хрупком теле, – просто чтобы мне было спокойнее.

Ага, а то торт принесут без моего ведома от решивших прощения попросить кобелей, а моя девочка его высоко оценит. Нет уж, фиг им.

Маша только мои сладости будет есть.

– Договорились? – решаю надавить, чтобы не ускользнула, она же еще та лиса."

"За подбородок личико приподнимаю. Глаза зеленые видеть хочу, тонуть в них.

– Я у родителей лучше, – лепечет, сияя алеющими щеками.

Ну вот, что и требовалось доказать. Трусишка быстро нашла выход из ситуации. Вот только меня он не устраивает.

– Окей, – даю ей мнимую свободу выбора и тут же «радую», – только я с тобой к ним в квартиру поднимусь.

– З-зачем?

– Поздороваюсь, и попрошу, чтобы они были внимательнее и за тобой приглядывали. Мало ли что. Ты же им про Кравцова рассказывать не станешь, а я волнуюсь.

– Не надо, Сулик, – головой отрицательно вертит, – они же меня потом сюда не отпустят. У папы и так навязчивая идея меня под боком держать, пока замуж не выдаст.

– Хороший у тебя папа, умный мужик, – киваю серьезно. – Я нашу дочь тоже хер кому отдам, пока не удостоверюсь, что мужик достойный.

– Что? – хмурит бровки.

Ну да, рановато я что-то эту тему поднял. Хотя идея Дмитрия Прохорова всецело меня устраивает.

– Чай пойдем пить, Маш, и домой поехали, – отступаю первым на шаг и тру красные глаза. – Я же так и не спал еще, батарейки реально садятся.

– А может, – ведет она глазами в сторону комнаты.

Нет. Качаю головой.

К себе ее хочу, чтобы никто нам не мешал. А главное, чтобы она потихоньку привыкать начинала к новому месту. Там, где она очень скоро поселится насовсем. Потому что, сцапав в загребущие руки, я ее больше не выпущу.

Хватит. И так времени потеряли пипец сколько.

– Я не знала про дела Кравцова, честно, – вновь возвращается к волнующей теме, пододвигая мне чашку с кофе, когда на кухне уже сидим. Глядит прямо в глаза, а ощущение, будто в саму душу. – Мне его мать рассказала уже позже, все хотела нас помирить. Но я бы не смогла…

– Знаю, – накрываю ее дрогнувшую руку своей, – знаю, Маш. Всё. Просто забудь. Этот вопрос закрыт, и больше тебя никто не обидит. Я позабочусь. Веришь?

Не моргая, несколько секунд препарирует меня зелеными лазерами, а затем кивает. Уверенно. Четко.

Ну слава богу.

Выдыхаю мысленно.