Сулейман. Я выбрал тебя (СИ)

– Или на приятеля наговариваешь. Я вот с ним сегодня беседовал, хорошо беседовал, – киваю, когда до идиота доходит способ нашего общения, – и он совсем не считает мою девушку своей. У него с памятью теперь полный порядок. Может, и тебе стоит ее восстановить?

Понять, что я с ним сделаю, когда доберусь, много времени у болезного не занимает. Отшатывается, стараясь спрятаться.

– Ну что, парни, – перевожу взгляд на Белова и Аршинина, – помочь вашему говоруну все вспомнить, чтобы в следующий раз таких замут не было?

Я ни единой мысли не допускаю, что Маша хоть в чем-то замешана. И наезды в ее сторону терпеть не собираюсь, как и вот такие пугающие ее встречи.

– Не надо, Сулик, – качает головой Белов. – Дальше мы сами разберемся. К твоей девочке вопросов нет. Поторопились.

– Аналогично, вопрос снят. Реально накосячили, – подтверждает тот, что представился Тимуром. – Торт с извинениями курьером пришлем, чтобы больше не пугать.

***

– Маша, я пришел, – говорю с порога, чтобы не пугать явно не находящую себе места от паники девчонку.

– Сулейман, – вылетает она из кухни.

Ну так и есть. Глаза покрасневшие, зрачки расширенные, на щеках красные пятна и пальцы в кулачки сжаты.

– Ну и по какому поводу было наводнение? – делаю сам шаг ближе, когда она останавливается в метре от меня, что непозволительно далеко, и костяшками пальцев касаюсь еще слегка влажной бархатной щеки.

– Я… они… а ты…

Давится вздохом. И я не выдерживаю, притягиваю ее к себе и по спине глажу. Не сопротивляется, обмякает и в следующий момент уже сама жмется и ладошки на грудь кладет.

А меня высоковольтным разрядом прошибает, настолько ее касания охрененно действуют.

Кайф.

Без прикрас, это реальный кайф – вот так держать ее в руках, вдыхать нежный аромат и все округлости телом чувствовать.

– От тебя ландышами пахнет, – переключаю ее ненадолго, чтобы расслабилась. Все равно же не успокоится, не вызнав все до последнего. – Понравились цветы?

– Угу, очень. Спасибо. Я их в воду поставила.

– Умница, – хвалю больше за то, что сама ластится, ноготками грудь царапает легонько, чем за заботу о подарке.

Потому что знаю, что ненамеренно внимание привлекает, скорее бездумно, просто напряжение потихоньку отпускать ее начинает. Но, черт, до чего же приятно.

– А они… они что хотели? – немного пригревшись, уточняет.

Глазки не показывает, по-прежнему сопит, уткнувшись в шею.

От ее горячего дыхания и моей ни разу не скромной фантазии по коже мурашки бегут, и член оживает. Неудобно в джинсах, но похер, не хочу ее отпускать. Хоть скотчем к себе привязывай.

А чем не вариант…

Ухмыляюсь в макушку и прикрываю блаженно глаза.