Ватага. Атаман

Те же, кто не признавал обычая, бросал обитель, становился расстригой – тоже не обретали ничего, кроме позора.

С того момента, как ножницы настоятеля коснулись волос Софьи Витовтовны, великая княгиня умерла. Осталась только женщина. Да и та – без права на женскую жизнь.

– Я сделаю это, доченька, – взял ее за руку Витовт. – Он заплатит за свою подлость. Клянусь.

Просидев у дочери добрых три часа, литовский князь все же отправился на пир к своему союзнику, но праздник не задался. Не успели князья, ханы и бояре осушить и пары кубков, закусив запеченной рыбой и тушеным мясом, как к столу пробрался гонец и передал литвину туго скрученную грамоту.

Витовт сломал печать, прочитал послание и поднялся:

– Прости, друг дорогой, но ныне мне не до веселья. Князь самозваный, безродный Егорка, в землях моих Витебск и Полоцк разорил, на развалинах гуляет. Обманул, подлый змей. Обещался на Данию походом пойти, ан вот оно как вышло. Хозяин из дома – воры в окно.

– Что делать станешь? – встревожился хан Джелал-ад-Дин. – Я бы помог тебе с радостью. Ты знаешь, я союзник верный, кровь за тебя уже проливал.

Но татар своих привести смогу, токмо если власть в Орде обратно получу!

Витовт промолчал. Ситуация складывалась непростая. Путь до Витебска далек, только к распутице туда и попадешь. Ушкуйники к сему времени уже убегут, город спасать поздно. По здравому размышлению, спешить уже некуда. Тем паче что и полки ныне расположены зело неудобно. Литовские – в Москве, польские – на пятнадцать переходов южнее. Разворачивать, возвращать… Времени пройдет много, Василий от войны против Новгорода может отказаться, на татарскую помощь надеяться вовсе бесполезно.

Криво все выходит, неладно…

Однако, если продолжить поход по прежнему плану, к распутице армии соберутся на Дону, в начале лета дойдут до Сарая, а там… Джелал-ад-Дин получит под руку многие десятки татарских сотен, Василий лишится ярлыка на Московское княжество, его боярам придется признать старшинство Литвы. Вдали от дома, в окружении превосходящих сил, особо не поупрямишься. Вот тогда, единым мощным кулаком, и будет самое время ударить по зазнавшемуся Новгороду.

Против такого напора купеческая вольница никак не устоит, покорится.

Витовт мрачно скривился: случившаяся беда неожиданно открыла возможность собрать в свои руки все славянские земли, от Волги и Заволочья до самой Эльбы. Московские земли – по ярлыку, новгородские – на меч, в ответ на их же нападение. Остается только вернуть чингизиду его трон. Но это быстро – ведь полки исполчены и развернуты для наступления именно на Сарай.