Проданная Истинная. Месть по-драконьи (СИ)

Я почему-то вспомнила, что она только выглядит старухой, а на деле ей всего-то двадцать пять. Как мне.

Улыбка у меня померкла. Я прижалась к Анвару, ощущая его всем телом, как огромную дышащую машину, полную магии и жизни. Наслаждаясь даже посверкивающими ледяными всполохами на кровяных полосках, облепившими висок и плечо. Анвар выглядел растерянным и агрессивным одновременно. Поймав мое прикосновение, он тут же неуловимо быстро обернул меня золотым крылом.

Договор был только на Анвара, но Бертель, блондин, нир Сталеш, сестра Минхе, незнакомые и откровенно юные и испуганные дракониры, пришедшие добровольно отдать жизнь за своего герцога, были здесь. Смотрели на меня.

— Милене, — я запретила голосу дрожать и срываться, хотя он все равно прозвучал пискляво, как у какой-нибудь манерной припевочки. — А их не отпустишь?

Я сознательно обращалась к той ее части, в которой еще оставалось что-то человеческое. Которая день за днем оставалась для меня поддержкой и другом, наставницей и второй матерью.

— Договор был только на одного, — медленно напомнила наставница.

Но глаза у нее посветлели до золотого оттенка. Нир Сталеш, как почувствовал, занервничал, но к этому моменту я знала о Божественных сказах намного больше него. Я поняла, почему так много неприятностей из-за договоров, заключаемых с богами.

Пока дракон в договоре выискивал пути отступления, бог, наконец, видит его. Открывал глаза на лживую букашку, играющую словами. И лично я очень сомневалась, что хоть одной букашке удалось уйти от исполнения договора бескровно. Фалаши, например, не ушли.

— Мы можем заключить еще один договор, — предложила, чуть поколебавшись. — Что ты хочешь взамен?

Анвар тихо зарычал, пытаясь крылом задвинуть меня куда-то за спину, но промолчал. Он-то понимал, что с ним никто заключать договор не станет. У моего герцога была плохая кредитная история. Боги еще долго от него шарахаться будут.

Но… Если богиня согласится, я исправлю репутацию Фалашей перед богами, доказав, что мы умеем держать слово.

— Хорошо, — по храму прокатился знакомый трубный рокот. — А взамен отдашь мне ребенка.

Приехали. Детей ей опять. Кто-то двенадцать столетий сидел без платы, и вот опять, бегом на те же грабли. В Вальтарте очень… упорные боги.

Анвар крупно вздрогнул. Мне пришлось с силой вцепиться ему в руку, пока он все не испортил.

— Ну кто в здравом уме отдаст живого ребенка? — спросила устало.

— Обменяй мою жизнь на их, — Анвар хмуро потер лоб, и с удивлением уставился на испачкавшуюся в крови ладонь. — Это будет справедливо.

Ему хватило ума говорить это мне, а не богине. Богиня бы ему голову за такое откусила. Он, между прочим, сам предмет договора. В ответ я коротко ткнула его локтем в живот.

— Твоего ребенка я не трону. Он будет верно мне служить.