Пуговка от бывшего мужа. Исцелю любовью (СИ)
– А если бы я забеременела, ты был бы рад? – пытаюсь спрятать рвущуюся наружу улыбку. Волнительно сообщать мужу новость. – Не сейчас, – звучат грубо слова Леона. Даже не смотрит на меня, продолжая застёгивать запонку на рукаве. – Нам пока рано детей. Подумаем о них лет через десять. – А если это случится раньше? – глухо спрашиваю, расстроившись. Он не хочет наследников. И сейчас поднимает на меня взгляд, с подозрением спрашивая: – Ты беременна? Озноб проходит по спине. Ледяные голубые глаза пробирают до мурашек. – Нет, спрашиваю из интереса. – Я бы настоял на аборте. Мне словно дают хлёсткую пощёчину. – Тогда… – собираюсь с мыслями. – Я беременна. Застывает. Я тоже. Не такой реакции я ждала от мужа. Не такой… – Пошлёшь на аборт? – летит уже надрывно. А он стоит, не шелохнувшись. – Прости.
"
"Он был там в день нашего знакомства.
– Надеюсь, обойдёмся без этого, – улыбаюсь, повысив голос, чтобы он меня услышал. У мужчины явно поднимается настроение, и он указывает на единственное пустующее место – моё. Вокруг, в основном, одни мужики. Спортивные, накачанные. Видимо, тоже из бокса. Одного узнаю сразу.
Конечно, как можно пропустить такое зрелище…
А это не Гордей там, по другую сторону зала? Пришёл поддержать друга, один? Радует, что хоть кого-то знаю здесь, но пересечься не удастся. К нему даже не протолкнуться.
Сажусь на диван, нервно поглядывая в сторону пустующего ринга. Там появляется ведущий, который открывает всё это зрелище.
Слышу перешёптывания рядом с собой.
Особо наглый мужик спрашивает прямо:
– Жена Новака?
– За такую и втащить не жалко, – говорит другой, смеясь и явно одобряя поступок Леона.
Не собираюсь им ничего отвечать. Нервы и так на пределе. Дёргаю ногой и вытягиваюсь, выглядывая мужа. Не терпится увидеть его и убедиться, что всё хорошо.
Наконец, ведущий подходит к самому «вкусному». Народ ревёт, как и спортсмены вокруг, когда объявляют выход оппонентов.
Сначала представляют Ворохова. Все орут, кричат, и я волнуюсь, что Новака поддержат хуже, не так эмоционально. Это ведь не отразится на его боевом духе?
Денис, этот мудак, как истинный позер выходит на ринг, вскидывает вверх руку в перчатке и поднимает шум толпы.
Долбаный любитель внимания!
Ещё немного попонтовавшись, успокаивается – и объявляют выход Новака. И нет, толпа не кричит тише, наоборот – уши чуть не закладывает. И это… удивляет и воодушевляет одновременно.
У него бешеная поддержка, которую ощущаю даже я. И от которой мурашки несутся по спине и плечам, полностью покрывая их.
Не сдержавшись, подпрыгиваю с места и сама кричу, как ненормальная, приободряя этого сосредоточенного и стального чудака. Он не улыбается никому, как раньше, выходя на ринг. Не пытается заслужить любовь людей. Ему это не надо, в отличие от Ворохова.
Вряд ли он услышал мой голос, но его взгляд летит к нам. Леон знает, где оставил для меня место, и проверяет, пришла ли я.
Столкнувшись с ним взглядом, я продолжаю радостно вопить вместе с остальными его имя.
Уголки его губ поднимаются вверх. И это всё, что мне нужно видеть.
Душа немного успокаивается, а я начинаю верить в его победу несмотря ни на что.
Сажусь обратно на диван, восторженно поглядывая на мужа. Опять во всей красе. Без майки сводит фанаток с ума.
Встаёт в угол ринга, с моей стороны. Если поднимусь, протяну руку, то коснусь его лодыжки.
Да здесь бы любая девушка сошла с ума!
Рефери успокаивает зал и начинает говорить:
– Напоминаю условия. Раундов будет семь. Каждый – по три минуты.

















