Забытые смертью

— А чего ждать? Элеватор до вечера. А дом — до ночи.

Когда пришла Наташка, Иннокентий, чуть не приплясывая от радости, поделился, что Данила вызвался помочь расширить дом, а может, и трех-стен удастся пристроить. От денег отказался. Вот ведь какого человека Бог послал…

Наташка поблагодарила парня взглядом. И Данила вечером, не заходя домой, пошел к ней, той, которая отняла покой, вселилась в душу. И перевернула все в ней. Из дерзкого, нахального бабника сделала робкого мальчишку.

В тот вечер Данила все подготовил к предстоящей работе. Инструмент и материалы всей семьей перенесли, куда он указал.

Сам Данила вместе с Толиком копали траншеи под фундамент. Успели справиться к глубокой ночи."

"Данила шел домой, шатаясь от усталости и счастья.

Наташка весь вечер, до самой темноты, была рядом. Он постоянно видел и слышал ее. А когда сели ужинать всей семьей, Наташка выбрала место рядом с Данилой.

У него кусок в горле застревал, когда по нечаянности они касались друг друга плечами или локтями.

«Теперь я буду видеть ее каждый день. И не минуты обеда, а все вечера. До ночи. И не надо мне ходить тенью вокруг ее дома.

Желанным гостем буду, помощником», — заснул Данила, улыбаясь.

Вечером следующего дня вместе с Иннокентием он сделал опалубку, залил фундамент под будущие стены. И чтобы не терять время на ожидание, когда фундамент будет готов, почистил кирпич, просеял цемент.

Толик с Наташей привезли песок. Данила позвал девушку помочь просеять его. Наташка тут же подошла.

Данила и сам не знал, о чем он говорил с нею. Только уж очень быстро кончился песок. А уж так легко работалось…

«Так бы вот всю жизнь. И не устал бы», — поймал себя на мысли о семье Данила и покраснел.

Ведь она спросит его о прошлом. И что он ей расскажет?

Когда Данила стал класть стену дома, кирпичи ему подавал Иннокентий. Наташа с Толиком готовили раствор.

Ряд за рядом ложились кирпичи. Росла стена. Данила щадил старика. Понимал: тяжело ему после работы. И, завидев друга Анатолия, предложил помочь с раствором. А Наташку позвал подавать кирпичи.

— Пусть отец отдохнет, — пожалел Иннокентия. И решил показать класс…

Наташка крутилась на одной ноге, но едва успевала за Данилой. А тот будто в раж вошел. Не оглядывался. Кирпич к кирпичу клал, будто рисовал.

Наташку заносить начало. Она устала до изнеможения, но крепилась. У ребят на ладонях мозоли вспухли. Едва успевают замешивать раствор. А Данила смеялся:

— Ну что, работнички? Выдохлись? Кто говорил, городские против вас слабаки? Кто хвалился, будто только в деревне вкалывать умеют? Давайте докажите! — начинал он новый ряд.

Когда Наташе взялась помогать подруга, Данила сбросил рубаху. И закрутились девчонки, вдвоем не успевали, сбивались с ног. Иннокентий, глядя на всех, довольно улыбался.