Запрет на любовь

Кому они нужны… — пренебрежительно фыркаю.

— Ясно.

— Ты не думай обо мне дурно, пап, — спешу объясниться. — Я, как и раньше, держу её на расстоянии.

— Этой женщине нельзя доверять. Никогда не забывай о том, как она с нами поступила.

— Я ей этого не прощу. Будь уверен. Никакими подарками и фразами не перекрыть содеянного.

— Вы с Горозией уже виделись?

— Нет, в субботу едем к ним домой по приглашению его матери.

— Хорошо. Веди себя достойно. Помнишь, да? Чистота и непорочность девушки — есть её истинное богатство.

— Пап, — хмуро на него взираю, ощущая, как начинают безбожно гореть скулы.

— Уверен, Леван не позволит себе лишнего, но вы молодые, а значит всё равно есть риск потерять голову.

— Не потеряю. Давай не будем обсуждать это, пожалуйста. Мне страшно неловко.

Мы ведь ещё и не одни. При нашем разговоре присутствует посторонний человек, одетый в форму.

— Я рассчитываю на твоё благоразумие, дочь.

— Я тебя услышала.

— И чтобы никакого общения с противоположным полом в этом захолустном Красоморске, — добавляет он строго. — Поняла меня?

Сверлит напряжённым, суровым взглядом, и сердце начинает стучать быстрее.

Пульс подскакивает, бьётся в горле. Стыд новой волной опаляет скулы.

— Да. Поняла.

Еле выдерживаю зрительный контакт, но не смею опустить глаза.

— Вот и молодец. А теперь позови сюда деда. Мне надо перекинуться с ним парой слов.

— Хорошо, — встаю из-за стола и подхожу к нему, чтобы обнять на прощание. — Буду переживать и скучать, — целую в покрытую густой щетиной щёку и глажу по волосам, позволяя себе немного той чрезмерной, по его мнению, нежности, проявление которой он обычно не одобряет.

— Аналогично.

— Держись тут, ладно?

— Ступай.

— Может, тебе что-то привезти?

— Ничего не нужно.

Сжимает мою ладонь, а затем отпускает.

— Иди.

Тягостно вздыхаю.

Приходится отстраниться.

Пора. Меня предупреждали о том, что встреча будет короткой.

— Отец, — уже на выходе поворачиваюсь.

— Да?

— Люблю тебя. Помни, пожалуйста.

— Взаимно, Тата, — отвечает после паузы.

Киваю и ухожу оттуда, ощущая внутри смесь необъяснимой тревоги и чувства вины, раздирающего грудную клетку.

Глава 37

В субботу семья моей матери знакомится с семьёй моего жениха, ведь мы приезжаем к родителям Левана в Подмосковье.

— Здравствуйте, дорогие! — радушно встречает нас его мать. — Тата, красавица моя! — берёт за руки и расцеловывает в обе щеки. — Так давно не виделись! Мы по тебе скучали, дорогая!

— И я.

— Представишь наших гостей?

— Конечно. Это Эдуард Сергеевич, мой дедушка, а это его жена, Алиса Андреевна.

— Рады знакомству, — дед протягивает руку отцу Левана.

— Взаимно, мои дорогие. Семья Горозия. Я — Наира, это мой муж Анзор, дочь Эка и сын Леван.