Зацепить 13-го
Ее жизнь — борьба. Борьба за каждую спокойную минуту без насмешек и издевательств.Его жизнь — борьба. Борьба с соперниками на поле и с болью, о которой никто не должен знать.На первый взгляд, Шаннон и Джонни настолько разные, насколько вообще можно себе представить. Жертва школьного буллинга и домашнего насилия, Шаннон никогда не чувствует себя в безопасности и хочет только одного — стать невидимкой. Перспективный спортсмен и любимый сын обеспеченных родителей, Джонни пользуется в школе особыми привилегиями и привык ко всеобщему вниманию и восхищению.Их дороги никогда бы не пересеклись, если бы не несчастный случай. А может, наоборот — счастливый?..Впервые на русском!
— Ради нее — сто процентов, — ответил я, решительно кивая.
— Она тебе нравится. — Он выгнул вторую бровь, потом склонил голову набок. — Может, даже больше чем нравится.
Я не собирался это отрицать.
Особенно при разговоре с ним.
Это не Гибси и не парни из школы, доводившие меня своими шутками.
Это был ее брат.
Мне хватало мозгов не гнать пургу.
— Я хочу знать, что происходит, — ответил я ему. — Я должен это знать.
— Слушай, я бы с удовольствием тебе рассказал, — произнес Джоуи и тяжело вздохнул. — У меня нет проблемы выложить все карты. Мне скрывать нечего. Но она, — он указал на дверь за моей спиной, — ни за что бы не захотела, чтоб я так поступил.
— Значит, над ней все-таки издеваются? — У меня зашлось сердце. — Кто-то в Томмене?
Если кто-то в нашей школе посмел такое сделать с ее лицом, я сожгу эту гребаную школу.
— Или это гниды из прежней школы?
Мне с трудом верилось, что те уроды из бара настолько глупы, чтобы попытаться снова задевать Шаннон.
Можете считать меня слишком высокого мнения о себе, но в пятницу я нагнал на них страху.
Джоуи несколько секунд пристально смотрел на меня, потом покачал головой.
— Вот что, Кавана, — наконец произнес он. — Если хочешь знать, что творится в ее голове, тебе придется это заслужить.
— Заслужить? — хмуро переспросил я. — Что заслужить?
— Ты парень смышленый, — ответил он. — Сообразишь, что к чему.
Я покачал головой:
— Я не…
Мои слова прервал громкий звонок его мобильника.
С удивительной невозмутимостью Джоуи поднял палец вверх, достал телефон, взглянул на экран, тихо выругался, после чего приложил телефон к уху.
— Какого хрена тебе надо? — резко спросил он.
Джоуи спрыгнул со стула, подошел к плите и повернулся ко мне спиной. Дальнейший разговор он вел вполголоса.
— Нет, тебе же было сказано… никакого возвращения… я гроша ломаного не дам за твои сожаления… нет… Она… где, ты сказал?
Я видел, как Джоуи напрягся всем телом.
Я изо всех сил старался расслышать слова его собеседника, но это было невозможно.
— Когда это случилось… а ребенок… ладно… нет… какого хера ты хочешь от меня услышать… с чего бы я расстроился… да это просто спасение, что все так кончилось… хорошо… да, приеду… я же сказал, что приеду.
Обернувшись, Джоуи поймал мой взгляд.
Я выгнул бровь, мне было плевать, что он знает, что я подслушиваю.
Да, именно это я и делал. Подслушивал.
И отрицать я не собирался.
— Приеду, — тихо сказал Джоуи. — Сейчас выезжаю.
Он завершил разговор и убрал мобильник в карман.
— Мне нужно уехать, — спокойным, отстраненным и собранным тоном объявил он.

















