Архонт росский

Архонт росский
0/10 (0)
О чём книга

Напасть на столицу Византии – вот настоящее безумие. И настоящая дерзость. Эти многометровой толщины стены никто никогда не брал. И ни один вражеский флот не входил в Босфор с той поры, как у Второго Рима появились огненосные дромоны.Но Олег Вещий сделал это.Привел к Константинополю без малого тысячу кораблей.Громадное войско русов и словен осадило Царьград.Вот только осадить величайший город Средневековья – не значит его взять.А войти в пролив может оказаться проще, чем из него выйти.Грядут великие битвы и в них княжич варяжский Вартислав – рядом с Олегом Вещим. А временами - немного впереди. Он же Дерзкий, значит отвага у него в крови. И еще то самое безумие, без которого не бывает сокрушительных побед.И таких же сокрушительных поражений.

Aa
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
Ширина текста
Уже
Шире

Те, кто сгорал в пламени ромейского огня, мечтали о быстрой смерти.

Сергей чуть довернул, извлекая клинок, положил саблю на постель и подошел к Лодуру.

Увы. Ну, будем считать, что дренг погиб в бою и теперь в Валхалле.

Осталась мелочь: сделать так, чтобы никто не узнал, что варвар-росс прикончил византийского наварха в его собственном доме.

[1] Китайский полководец Сунь-цзы, он же Джанцин, написал свой трактат «Искусство войны» предположительно в пятом или шестом веке до нашей эры. И пусть сам Сунь-цзы и был, согласно источникам, выдающимся полководцем, трактат этот скорее философский, чем пособие по военной стратегии и тактике.

Однако и на практике постулаты Сунь-цзы отнюдь не бесполезны.

Глава 20

Глава двадцатая. Лучший фехтовальщик флота

— Прискорбно. Весьма. — Патрикий Николай присел на кровать рядом с мертвой сестрой, протянул руку, закрыл ей глаза.

— Мне тоже, — сказал Сергей.

Он видел: ромей непритворно расстроен. Любил патрикий сестру.

Но только во вторую очередь. Первой его любовью была политика. Вернее, он сам в политике. Поэтому Сергей, послав за Дёррудом, велел тому прихватить и патрикия.

Такие персонажи, как Пиперат, должны уметь прятать концы в воду.

Патрикий молчал долго. Минуты три. Потом встал и обвел взглядом четверых присутствующих: Сергея, Луку, Дёрруда и декуриона этерии Хольмстейна.

Последнего привел Дёрруд. Хотя познакомились они в доме у Пиперата. Варанг-этериот появился уже после ухода Сергея. И, конечно, немедленно выпил. И еще раз. Уже с Дёррудом. Два дана вскоре нашли общих родичей, и процесс пошел. Полбочонка Пиператова вина на двоих — и Убийца решил, что может новому знакомому доверять.

А поскольку Сергей доверял самому Дёрруду, то счел участие Хольмстейна неплохой идеей.

Гвардеец лишним не будет. Тем более что Пиперат по его поводу не беспокоится.

Три минуты. Всё. Взгляд Пиперата обрел прежнюю остроту.

— Кто вас видел? — спросил он Сергея, поднимаясь.

— Слуги. С десяток как минимум. Служанок я запомнил, остальные…

— Я спрашиваю: кто видел, что ты его убил? — перебил патрикий.

— Только я. Теперь и вы тоже.

После того как смерть прошла мимо, Сергей первым делом проверил спальню и входы-выходы. Последних действительно оказалось два.

Наварх проник через второй.

Убедившись, что наварх пришел один, Сергей оделся и проверил уже весь этаж. Нашел двух служанок. Спящих.

Только после этого Сергей спустился на первый этаж, разбудил своих и велел отправить гонца в дом Пиперата.

— Только я и вы.

— Точно?

— Абсолютно.

— Мне надо подумать, — патрикий уселся на ложе любви, ставшее ложем смерти, и прикрыл глаза.

Остальные ждали.

Впрочем, мыслительный процесс патрикия много времени не занял. Через несколько минут глаза открылись.

Подборки для вас

Похожие книги

Чернокнижники

Чернокнижники

Исторические книги, Исторические приключения
Гордиться, а не каяться!

Гордиться, а не каяться!

Исторические книги, Документальная литература
Охотник

Охотник

Исторические книги, Документальная литература
Иностранец на Мадейре

Иностранец на Мадейре

Исторические книги, Документальная литература
Кузькина мать

Кузькина мать

Исторические книги, Документальная литература
Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Исторические книги, Документальная литература

Оставить отзыв

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив