Её (мой) ребенок

Кошка шокированно распахивает глаза, с недоумением глядя на меня.

— А когда приедет, пусть решит, да. Всё правильно.

Подаю ей руку.

— Сейчас нам пора.

Мы молча идём обратно в машину. Помогаю ей сесть. Не удержавшись прижимаюсь губами к ее пальцам. Я тысячу лет не целовал её рук. Я хочу… Скоро такой возможности у меня не будет.

Сажусь за руль.

— Лев… Да чёрт с ним… — закрывает лицо руками.

— Нет, вы едете с ним, — улыбаюсь я, насилуя свои губы, которые не желают подчиняться. — Я, Ян, не смогу купить тебе квартиру в Москве, не смогу продвинуть тебя в Европейском научном сообществе и, возможно, не обеспечу такое блистательное будущее Алёнке, как Лившиц. Но… я верю, что ты вернёшься ко мне. У меня просто нет других вариантов. А сейчас мне надо, чтобы Вы уехали и были в безопасности. И мне плевать, кто и как её обеспечит. Мне это не важно.

— Я ничего не понимаю, Лев.

Рисую пальцами у неё на груди сердечко.

— Поезжай и добей эти чёртовы фильтры, детка.

— А ты?..

— А я тоже кое-кого добью.

Глава 46. Отъезд

Мы молча сидим на кухне, глядя друг другу в глаза. Синхронно переводим взгляд на часы.

— Послушай… — одновременно начинаем мы.

Улыбнувшись, нервно опускаем взгляды.

— Я сначала… времени мало.

Зажмуриваюсь.

— Я очень ревную, Кошка. Очень! Дико! Но всё же, я хочу, чтобы вы поехали.

— А я не хочу ехать… — невесело усмехается она. — И больше всего на свете, хочу сказать тебе, что не поеду. Но я не могу… — покаянно вздыхает. — Я подведу столько людей поддержавших мой проект! Его необходимо довести до определённой точки, после которой он начнет жить своей жизнью.

— Ты говорила, что этот момент настанет. Я тебя тогда услышал. Не думал, что это будет так тяжело для меня опять, — признаюсь я.

Пряча чувства ухожу к окну.

Ощущаю, как через минуту ее руки обвивают меня по талии. Ложится лицом мне между лопаток.

— У тебя нет поводов для ревности, Айдаров.

— Есть, Ян!

— Лившиц?.. — цокает она. — Лев, ну… прекрати.

— Ты сказала, что выбирать мужа будешь головой. А значит, есть из чего выбрать. Я давно не наивный самоуверенный пацан.

— Я и выбрала головой. Кто же виноват, что она опять кружится!

— Ты же вернёшься, правда? — разворачиваюсь, заглядывая в её глаза.

Вместо ответа, Кошка впивается в мои губы, нетерпеливо дергает рубашку на мне, пытаясь расстегнуть.

У нас едва ли час на сборы, но плевать, я тоже хочу!.. Присвоить её еще раз. Впечаться! Заклеймить! Потому что — моя!

Мы даже не раздеваемся… Целуясь, мы кусаемся, делая друг другу больно. Оставляем следы! Потому что это больно расставаться сейчас, в такой момент, когда все только-только начало входить в апогей. Когда мы допустили мысль о доверии и совместном счастье.

Но что же делать?..

И мы отчаянно любим друг друга, сметая всё со стола.