Бухгалтер Его Величества

То, что вы увидели у нас, сообразуется ли с вашими ожиданиями?

– Ваше величество, – я начинаю говорить и понимаю, что голос дрожит, – Тодория прекрасна! Я никогда прежде не видела столь восхитительных гор и столь величественного города, как Алар.

Он благожелательно улыбается. Хотя, конечно, это всего лишь дежурная улыбка. Он привык, что в разговорах с ним гости расхваливают и страну, и столицу.

– Смелее, сударыня! Перед вами – лучшие умы государства. Быть может, у вас уже есть предположения, которыми вы готовы с нами поделиться.

Я пытаюсь улыбнуться в ответ. Кажется, получается у меня не очень.

– Да, ваше величество, есть. Простите, если я в чём-то ошибусь – я еще не вполне разобралась даже в денежной системе Тодории.

Король чуть наклоняет голову:

– Не беспокойтесь, сударыня, мы понимаем, как сильны различия между нашими странами. У Америки – свой путь, совершенно неприемлемый для нас. А что касается нашей денежной системы, то она весьма похожа на французскую – за исключением того, что у нас так и не появились луидоры.

Да, об этом месьем Амбуаз мне кое-что рассказал. И всё равно, начиная речь, я боюсь запутаться. Чувствую себя студенткой, пришедшей на экзамен по плохо дававшемуся мне предмету.

– Внешний долг Тодории составляет полтора миллиона ливров, и большую часть его вы должны выплатить через два года. В течение же первого года кредиторам полагаются два платежа, каждый из которых равен двум сотням тысяч ливров. Ближайший платеж – через три месяца.

Маркиз Жаккар важно кивает:

– Именно так, ваша светлость!

– Поскольку речь идет о столь коротком сроке первого платежа, то полагаю, что для его совершения потребуется продать имущество, принадлежащее казне. Что-то достаточно ценное, но без чего, тем не менее, вы можете обойтись.

Жаккар издает обидный смешок. Но я даже не обижаюсь. Я понимаю – эта светлая мысль приходила и в их головы. Быть может, они уже даже определили ту собственность, которая будет продана.

И всё-таки я продолжаю:

– Вы правы, сударь, я – не волшебница. Я не могу достать из рукава ни золото, ни бриллианты.

– Что вы, что вы, сударыня, – вступает в разговор немолодой мужчина в бирюзовом камзоле, – мы и не ждем от вас ничего подобного. Но вы должны понимать – чтобы расплатиться по основному долгу его величеству придется продать слишком многое, а это, уверяю вас, недопустимо.

Король уже не улыбается. Для него эта тема слишком болезненна.

– Да, конечно, – соглашаюсь я. – Поэтому я и сказала, что этот вариант нам подходит лишь на первых порах. Что же касается второго платежа, то для него уже потребуется серьезно урезать расходы бюджета.

– Вот как? – глаза Жаккара темнеют. – И у вас есть предложения по конкретным статьям?

Я на миг задерживаю дыхание, а потом отважно киваю. Да, есть!

20.