Дорога домой или Цена престола

Эрилин пожала плечами.

— Мне больше негде. К тому же тебя здесь вообще каждая собака знает, а ты что-то не скрываешься.

— Я отобьюсь, не сомневайся, — с усмешкой заверил он, уже меньше напоминая тучу. — А вот ты — нет. Так что думай головой.

— А чем, по-твоему, я думаю? — опять не выдержала Эрилин. Интересно, он специально пытается довести ее или у нее просто расшатались нервы?

— Явно не мозгами, — все так же спокойно ответил Гэбриэл. — Ну, все. Ты пришла, я дал тебе совет, что на улице ночевать не стоит. На этом закончим? Ты за этим пришла?

Эрилин вздрогнула: ее выставляли за дверь.

— Я пришла не за этим, — решилась она. — У меня серьезный разговор.

Стемнело уже совершенно, теперь угадывался только силуэт Хортона и его блестящие во мраке глаза.

— О серьезных делах не говорят в темноте, — заметил он.

— Может, утром? — предложила Эрилин.

— Если не обморозишься в третью ночь на холодной улице, — ехидно добавил Гэбриэл.

— Не обморожусь, — заверила она.

Он опять хмыкнул, неожиданно выругался и направился к двери.

— Жди здесь, — бросил Хортон на ходу и исчез в коридоре.

Она осталась ждать. Эрилин совершенно растерялась от странного поведения Хортона. Куда это он так умчался? В туалет, что ли? Как-то не клеится к его образу: говорит культурно, держится так, будто всю жизнь провел в высших кругах — и взять и убежать на двор?

Эрилин поежилась. Здесь было не то что прохладно, а даже холодно. Принцесса была в шерстяном плаще, но и в нем мороз пробирал до костей. Что за гостиница такая, в которой температура не выше уличной? И, странно, Гэбриэл был в одной тонкой рубашке, когда она вошла. Он, что, еще и закаленный?

В этот момент дверь скрипнула, и в комнату попал свет. На пороге стояли Хортон и плотная женщина в переднике, видимо, хозяйка гостиницы. Она держала в руках свечу, которая, по словам Гэбриэла, была здесь чуть ли ни роскошью.

— Пойдемте, госпожа, — хриплым голосом позвала хозяйка.

Эрилин, не понимая, посмотрела на Хортона.

— Здесь дешевые комнаты, — ответил он на невысказанный вслух вопрос. — Не бойся, я не обеднел.

Она и не боялась. Эрилин уже ровным счетом ничего не понимала. То он только что обозвал ее умственно отсталой, то выставлял вон, а сейчас потратил свои деньги, чтобы снять ей комнату. Почему?

— Почему? — спросила она, еле обретя способность говорить.

Гэбриэл скорчил непонятную гримасу, искаженную неверным светом свечи и коротко ответил:

— Ты не поймешь.

Она и впрямь не понимала, а потому безропотно пошла за хозяйкой.

Гэбриэл несколько раз прошелся по темной комнате и вернулся на свой уже облюбованный подоконник. Когда-нибудь желание творить благородные поступки, чтобы сильнее отличаться от Сентаса Рея, не доведет до добра.