Дорога домой или Цена престола

Ну, спрашивается, чего он во второй раз связался с этой принцессой? Жалко ее стало, вот почему. Только что за серьезный разговор она еще придумала? Не иначе, попросит выручить ее братца. Только нет уж. Не побывай Гэбриэл до этого в Алаиде, он бы, конечно, взялся помочь принцессе из чистого интереса. Вот только он уже дал слово помочь Эдвину Кэродайну. А свое слово он нарушать не собирался.

В комнате было не намного теплее, чем на улице, но здесь были кровать и одеяло, однако спала Эрилин плохо. Ее всю ночь мучили сомнения. Как ей поступить, как найти брата, как помочь ему?..

Так что спала она от силы часа два, все думала и думала, но ответов не находилось, только возникали новые вопросы. А потому рассвет стал для нее радостью, которую несколько охладила ледяная вода для умывания.

Освежившись таким образом, Эрилин была готова к разговору с Хортоном. Только кто его знает, когда он просыпается?

От нечего делать принцесса подошла к окну. Стекла были залеплены грязью, а потому, чтобы что-нибудь увидеть, ей пришлось открыть раму. В комнату попал свежий утренний ветер, заставивший ее поежиться.

И тут Эрилин широко распахнула глаза. И она еще гадала, когда этот наемник проснется, чтобы не разбудить его своим ранним появлением! Оказывается, кое-кто куда более ранняя пташка.

Гэбриэл был во дворе опять в одной тонкой рубашке, несмотря на утренний мороз. И что-то было не похоже, что ему холодно. Да и сонным он не выглядел.

Когда Эрилин открыла окно, Хортон как раз налил воды своей лошади и принялся пристраивать на нее седло."

"Впервые она видела его в светлое время суток и, пока он был занят, могла его как следует рассмотреть. Он был даже младше, чем она сначала подумала, двадцать с небольшим. И он был очень привлекательным. На таких женщины оборачиваются на улице...

Кого-то он ей напоминал, кого-то... Но у нее в жизни за последнее время произошло столько событий, что принцесса никак не могла сообразить, кого же.

«Странный он какой-то, — подумала Эрилин. — То замашки аристократа, то уличного вора; не жалеет деньги, но селится в самой дешевой гостинице и сам занимается конем».

Закончив с ремнями седла, Гэбриэл повернулся.

— Что-то ты рано, — сказал он принцессе.

Вот это да! А она-то бессовестно его разглядывала, думая, что он ее не замечает. Вот дура! Эрилин разозлилась сама на себя, ее бы только глухой не заметил, рамой-то она ой как гремела.

— Мне не спалось, — ответила она. — Теперь мы можем поговорить?

Он пожал плечами.

— Вполне. Заходи ко мне, я сейчас, — и отправился к конюшне.

Что ж, кажется, настроение у него неплохое, а то вчера на него было страшно смотреть.

Эрилин слезла с подоконника и немедленно отправилась в комнату, в которой была только в темноте. Впрочем, та ничем не отличалась от той, в которой довелось ночевать ей.