Дорога домой или Цена престола

То, что ей позволили одной занять общественную деревенскую баню, было настоящим подарком. Вода, правда, была холодной, как объяснил Гэбриэл, крестьяне топили баню только по праздникам и выходным. Но после недели скитаний и это было роскошью. По-хорошему, не мешало бы постирать и одежду, но Гэбриэл говорил о долгом путешествии, значит, он не собирается задерживаться в этой деревне.

Эрилин вздохнула и натянула на себя все те же пыльные вещи, вытерла волосы, настолько, насколько позволяло плохо впитывающее полотенце, и вышла на улицу.

Баня находилась за несколько дворов от дома Тельмы. Эрилин только понадеялась, что она не опозорится еще больше, заблудившись в двух шагах.

В деревне было тихо, большинство крестьян ушли на поле, поэтому Эрилин осталась никем незамеченной.

Она все же правильно запомнила направление, и через несколько минут добралась на место, а когда вошла в калитку безмерно удивилась, увидев Генти, ремонтирующего покосившееся крыльцо старого дома Тельмы. Подобное поведение явно не подходило к образу парня, сложившемуся у нее в голове."

"Эрилин остановилась чуть в стороне, с интересом наблюдая за работой Джофа. Он был раздет по пояс, на тощей спине выступили капельки пота. Генти пытался прицепить последнюю доску, но она все время становилась криво. Он даже высунул язык от усилия, но ничего по-прежнему не получалось. Эрилин он по-прежнему не видел. Ей вдруг показалось, что это невежливо: стоять и смотреть, как другой работает, и она кашлянула, чтобы привлечь его внимание. Генти вздрогнул и обернулся.

— А, это ты, — его плечи расслабились.

— Ты молодец, — похвалила принцесса, — не ожидала.

Юноша скривился:

— Можешь быть уверена, это не моя идея.

— Гэбриэл? — догадалась она.

— Гэбриэл, — вздохнул Джоф и нахмурился. — Боже, и как у него все так легко получается?

Эрилин пожала плечами.

— Я тоже задавала себе этот вопрос, — она присела на корточки возле крыльца. — Может быть, тебе помочь?

Генти смерил ее взглядом, задержался на руках, не знавших никогда никакой физической работы, и отрицательно покачал головой:

— Нет уж, я сам. Должно же у меня хоть что-нибудь получиться, — он снова попытался приставить доску, но она упорно не хотела поддаваться. — Он считает меня полным неудачником, — его лицо вдруг стало совершенно детским.

Снова Гэбриэл. Кто этот «он» не требовало уточнения.

— Рядом с таким, как он сложно не чувствовать себя неудачником, — призналась Эрилин. Уж она-то точно чувствовала.

— Это да, — Джоф снова вздохнул и опять начал бороться с доской.