Драгоценные дары

Эта рекламная кампания поможет ей приобрести известность: целый год ее лицо будет видеть вся страна!

Вероника порадовалась, услышав, что Рон оценил певческий талант Джой, и подтвердила, что она чудесно поет.

Беседа продолжалась почти час, за это время они допили бутылку шампанского. Рон осушил три бокала и тому времени, как пора было уходить на ужин, успел влюбиться в Веронику и расцеловал ее на прощание в обе щеки. Вероника пожелала ему удачи на завтрашней деловой встрече. Он посадил Джой и Веронику в такси и помахал им на прощание. Сияющая Вероника повернулась к Джой:

– Он мне нравится! Умный, честный, предлагает превосходные решения для твоей карьеры и от тебя без ума. – Вероника была несказанно довольна. Джой заулыбалась матери.

– Он такой хороший, мама, – у нее перехватило горло от нахлынувших чувств. Мать обняла ее.

– Ты тоже. И я тобой горжусь. – Вероника нисколько не преувеличивала.

– Спасибо, – со слезами на глазах выговорила Джой. Всю дорогу до ресторана она держала мать за руки. Прежде моменты такой близости между ними случались редко, но Вероника надеялась, что сегодняшний станет первым из множества.

Джульетта и Тимми встретили их в ресторане «Бальтазар» в Сохо, который выбрали, чтобы отпраздновать отъезд Джульетты. На этот девичник сама Джульетта явилась в приподнятом настроении: она уже успела раз шесть созвониться с Жан-Пьером Фларианом, сообщить, что приезжает, и обсудить, за какую работу браться сначала. Ей не терпелось также повидаться с Элизабет и Софи, когда та приедет домой на выходные из Гренобля.

Тимми тоже наконец отыскала подходящее здание для приюта, чему была очень рада. А Джой и Вероника выглядели так, словно у них появился общий секрет. После того как заказ был сделан, Вероника объявила собравшимся, что она только что познакомилась с Роном и буквально влюбилась в него. Тимми встретилась с ним накануне, и на нее он тоже произвел благоприятное впечатление.

– За такого человека стоит держаться, – заключила Вероника, и Джой согласилась с ней.

– Значит, всех вас ждут великие дела, – обрадованно подытожила Вероника. – А я, пожалуй, снова начну рисовать, – добавила она, и Тимми удивленно вскинула брови.

– С чего вдруг? Ты же много лет не рисовала. Почему именно теперь?"

"Свои вопросы она задала таким тоном, словно Вероника объявила о своем решении исполнять танец живота на марокканском базаре.

– А почему бы и нет? Времени у меня хоть отбавляй. Этим летом в Италии я повидала столько великих полотен, что сама вдохновилась.

В отличие от Вероники, ее дочери не пылали энтузиазмом.

– А по-моему, глупо за что-то браться в твоем возрасте, – заявила Тимми. – Тебе это ни к чему.