Драконье серебро

И странно, что даже вездесущая Анни не явилась, чтобы разбудить меня!

Отдышавшись после очередного любовного марафона, я наконец нашла в себе силы выбраться из-под покрывала. Риар схватил за пятку, и я пнула его, пытаясь освободиться!

— Мне надо в купальню! И я жутко хочу есть! И пить!

Ильх подумал, рассматривая мою ногу и вид сзади. И отпустил с явной неохотой.

— Какая нежная лирин. Иди. Я принесу еду.

— Разве тебе не надо заняться делами Дьярвеншила? — я, подумав, смущенно стянула покрывало, обернулась. Краст насмешливо поднял брови. Смотреть на него — сытого, довольного, развалившегося на белой шкуре было выше моих сил, и я споро двинулась к купальне.

— Не сегодня, — донесся ответ. — Сегодня в городе будет тихо, лирин. Все будут заняты делом.

— Каким? — не поняла я.

— Тем же, что и мы, — хмыкнул Краст. — Зов хёгга, Ника. Когда я смотрю на тебя, то не могу его удержать. А когда ты ко мне прикасаешься…

Он красноречиво хмыкнул, я покраснела.

— Зов дракона ощущает весь город?"

"— Зов риара, лирин. Тот, кто проходит ритуал посвящения, становится риаром. И именно его зов обеспечивает жителям силы, наслаждение, страсть, здоровье и долголетие. И потомство. От сильного зова в Дьярвеншиле рождаются сильные дети.

— И что же, горожане не могут ему противиться, этому зову? — изумилась я.

— Могут, но зачем? — не понял Краст и прищурился. — А вот та, которую зовет хёгг, не может. Я не знал, что бывает иначе. Даже и подумать не мог.

— Расстроен? — насупилась я.

Краст рассмеялся и в один миг оказался рядом, прижал к стене.

— Иди в купальню, лирин. Иначе я снова утащу тебя под покрывало. А может, и здесь…

Я покраснела и шмыгнула за дверь, плотно закрыв ее за собой. За стеной было тихо, Краст если и ходил по комнате, то шагов я не слышала, двигался риар бесшумно.

Смыв с себя следы бурного утра, я снова подхватила покрывало и вернулась в спальню. На столе уже красовался кувшин с горячим ягодным напитком, тарелка с кашей для меня и мясо для ильха. Но не успела я сесть на стул, как риар дернул на себя, усаживая на колени. И снова послышалось тихое: «Не отпущу…» Неужели не почудилось? Не приснилось?

— Мне хочется тебя съесть, нежная лирин, — усмехнулся он и прикусил кожу на моем плече. Лизнул, пробуждая только утихнувший жар. И отголосок страха. На миг мелькнула перед внутренним взором оскаленная пасть дракона, полыхнули черной бездной глаза…

— Что случилось? — Краст нахмурился, уловив перемену в моем настроении.

Схватила огромную глиняную кружку, сделала жадный глоток.

— Я всего лишь чуть не умерла от жажды, — улыбнулась в ответ, а ильх расслабился.

— Я не позволил бы, — он погладил мою спину, но потом все же оторвался от меня с сожалением. Взял со стола кусок жареной оленины, закинул в рот.