Дублон капитана Флинта

После мы еще какое-то время спасались от англичан, но, в конце концов, капитана Флинта схватили, чтобы предать суду. И перед тем, как сдаться в руки врагам, он отдал мне одну вещь, одну монету… капитан особенно ее ценил, говорил, что в ней заключена тайна его сокровищ…

Португалец замолчал, силы покинули его, но потом приподнялся и снова заговорил:

— Вот что, святой отец. Сберегите эту вещь, она стоила жизни не только мне, но и другим людям… за ней гоняется много дурных людей, и я больше не могу ее хранить, ибо жизнь моя кончена… — с этими словами португалец протянул священнику полуистлевший, изъеденный морской солью кожаный пояс.

Аббат хотел задать ему еще вопрос, да и не один, но португалец застонал, вытянулся и умер.

Священник в растерянности стоял над его телом.

Первой его мыслью было, что несчастный португалец перед смертью лишился рассудка, разговоры его о страшной тайне и о сокровище знаменитого пирата не стоят выеденного яйца, как и его пояс. Однако, прощупав пояс, аббат почувствовал, что внутри него что-то зашито. Скорее всего, монета, или другой металлический кругляшок.

Однако прежде чем раздумывать о завещании покойного португальца, следовало позаботиться о его бренных останках. Обстоятельства требовали простоты и скромности, поэтому аббат прочитал над мертвецом молитву, с помощью одного из матросов зашил беднягу в грубый мешок и сбросил его в морскую пучину, как это принято у моряков.

— Да упокоит Господь его душу! — напутствовал он несчастного португальца.

Матрос же добавил от себя:

— Рыбы о нем позаботятся!"

"Завершив нехитрую церемонию, священник направился в каюту, которую делил с одним англичанином, намереваясь распороть пояс покойного португальца и ознакомиться с его содержимым. Однако этому намерению не было суждено осуществиться.

Навстречу аббату бежал знакомый матрос с перекошенным от ужаса лицом.

— Что случилось, сын мой? — осведомился священник, попытавшись остановить моряка.

— Пираты! — выкрикнул тот, вырываясь. — Молитесь, святой отец, это все, что нам осталось!

Аббат взглянул на море — и понял причину страха, пылающего в глазах матроса.

Примерно в трех морских милях виднелся трехмачтовый корабль, под всеми парусами приближающийся к „Сирене“. На топе фок-мачты развевался флаг, наводящий ужас на моряков во всех морях от Лондона до Гаваны — красный пиратский флаг, который французские пираты прозвали „веселый красный“, по-французски — „Joyeux Rouge“. Английские моряки, не понимавшие французского языка, услышав это название, поняли его как „Веселый Роджер“, и это имя навсегда пристало к красному пиратскому флагу.

Капитан „Сирены“ с мостика хриплым сорванным голосом отдавал приказания.