Дурман

Не хватает сил это все «переварить» и разложить по полкам хоть в каком-то порядке. И обидно, вроде, из-за всего, из-за ее позиции. Но, е-мое, после сегодняшнего вечера, еще понятней, что Таню корежит. И не рассердишься на нее. Сложно злиться, когда начинаешь понимать."

"А тут еще и Батя начал копаться в мозгах и нутре! Блин! Ну не знал Казак, что ему сказать! Как объяснить, что у них с Таней сейчас творится?! Для Димы отношения по-другому принципу всегда строились, тем более с женщинами. Он бы и не пытался Таню понять: не устраивает что-то — свободна, катись на все четыре стороны. Но, ведь, Дима никогда и не лукавил, пытаясь привязать к себе женщину эмоциями, скрывая то, кем является. Не испытывал этой гребанной неуверенности в себе самом и собственной привлекательности для любимой женщины! И не поймет Батя, попытайся Казак сейчас это ему объяснить. Отморозиться легче. Тем более, в свете того понимания, что исподволь меняло позицию Витали за последние недели. Волей-неволей, а начинал признавать Виталя, что их отношениям с Таней, их семье — может мало что сулить, при тех делах, которыми он занимается. И не потому, что Таню не сумеет переубедить. А оттого, что его где-то банально пристрелят. Или ее используют, чтобы его достать.

Кричал, что не будет выбирать между Димой и Таней, чтобы не заставляла. А уже начал. И даже выбрал, похоже. Более того, глядя на меняющееся восприятие другом Лизы, подозревал, что и Бате придется задуматься о подобном, рано или поздно. Только, как об этом сейчас разговор завести, когда Дима только до мести дорвался; как аргументировать свои мысли, до которых дошел — пока не знал. Потому и не поднял тему, когда они курили на пороге клиники, ожидая окончания операции. И от вопросов друга открестился.

«Довел» до поселка. Проверил парней охраны, пока Дима повел Лизу в дому. Несмотря на охре****но тяжелый день, не смог не улыбнуться, увидев удивленное и ошарашенное выражение лица девушки, осматривающей дом Калиненко. Вспомнилась Таня в подобной ситуации. Тоже, помнится, за Виталю цеплялась, как и Лиза сейчас за Диму. Все-таки, она оказалась куда интересней и глубже, чем он воспринимал ее раньше. И за отношение к Диме, Виталя ее оценил.

Но сейчас ему к своей женщине хотелось, и плевать на все их претензии друг к другу! Потому и не поехал к своему дому, стоящему в шестистах метрах отсюда. А снова сел в машину, и погнал через весь город, в ее долбанную клинику.

Доехал, заглушил машину. Три часа ночи… Отдохнул, по ходу. На фиг! Вытянул телефон. Из чистого принципа. Нельзя ему в эту ветеринарку и ногой? Ок! Написала, что любит, пусть теперь сама к нему и выходит.

Набрал номер Тани.

— Да? — далеко не сразу ответила Таня.

И по ее голосу он понял, что разбудил. Блин! Такой потребностью в ней накрыло сразу.