Дурман
Любовь редко выбирает удобное время. А часто ей и на "удобного" для вас человека — плевать. И теряешь разум от того, кого бы лучше обходить стороной; от того, каких клялась избегать, не желая ввязываться в их мир. Только кого интересуют твои клятвы? И что делать, если даже приняв верное решение и разорвав отношения с "нe тем", не можешь избавиться от своих чувств? Любовь это? Или дурман запретного желания? Сдаться или душить на корню? А если не душатся чувства, имеешь ли право им поддаться? Да и примут ли с ними теперь тебя?
Таня немного нервничала по поводу того, как все сложится на новом месте, и чем она будет заниматься там, когда Виталий погрузится с головой в их новый проект с Калиненко. Но не портила этими мыслями настроение мужу. Он от всего, чего добился и имел отказался из-за ее просьбы, по сути. Так что и ей жаловаться — грех."
"А вот когда они добрались до нового места жительства — пришла в дикий восторг. Никогда ранее не бывала в этом городе, и сейчас каждой минутой наслаждалась. Ее буквально каждый камешек в старой брусчатке радовал и каждый кирпич в домах. Неоднозначный город. Сплошные контрасты. В чем-то суматошный и крикливый, местами неопрятный, местами слишком уж показательно прилизанный. Но при этом обладающий такой бешеной энергией и аурой, что проникли в сердце Тани раз и навсегда. И она буквально умоляла Виталия не выбирать дом в поселке, где пока обосновались Калиненко, в пригороде, а хоть на время снять квартиру в старых районах. Не требовала даже купить. Именно насладиться этой атмосферой и самим воздухом хотелось: пряным, терпким, морским и просоленным. Муж сдался, пошел ей навстречу. Тане настолько давно не дышалось так легко и просто, как здесь, что она успокоиться не могла — вытягивала Виталю на прогулки все время, когда муж не был занят. И в его отсутствие гуляла. Не везде, конечно, Казак все еще немного перестраховывался и запрещал ей многие, опрометчивые на его взгляд, действия. Спасибо, хоть постоянного охранника не приставил, как Калиненко к Лизе. Но там же своя ситуация, как все время напоминала Таня мужу, пытаясь отстоять собственную независимость. Однако ничего не могла поделать с тем, что у нее то и дело появлялся «водитель», «просто, чтоб не так уставала, бродя пешком», — аргументировал Виталя.
И пропускал мимо ушей все ее аргументы о том, что только пешком и можно изучить новый город, прочувствовать его, проникнуться им. Но так как Казак и ранее страдал подобным поведением, Таня чаще сдавалась.
Она заново познакомилась с Лизой, наконец-то получив на это «добро» от мужа. И они нашли общий язык, даже подружились, пожалуй. В конце концов, у Тани и Лизы имелось достаточно общего, чтобы найти множество точек соприкосновения. Да и отсутствие иных знакомых способствовало тесному общению. А когда и Лиза помогала мужчинам в грандиозной перестройке старого санатория, Таня все-таки бродила по улочкам своего нового города. А машина с водителем зачастую медленно ехала следом за ней. Так она однажды и наткнулась на небольшую ветеринарную клинику. Совсем иного масштаба и класса, чем та, в которой Таня работала ранее. И, тем не менее, что-то дернуло ее туда зайти. Возможно, Таня просто по работе соскучилась. А зайдя, она уже не сумела уйти.

















