Дурман

В общем, пока суть да дело: пока они приехали и Таня переодевалась, а Виталий, хоть и мельком, но осмотрел ее квартиру (она-то у него все рассмотрела, вот и не видела ничего такого в том, чтобы ему показать, где живет, правда, на вопросы, появившиеся у Казака, физически ответить не успела, не хватало времени); пока он записывал ее номер телефона и звонил, чтобы и Таня еще его номер записала — на работу она все же опоздала. Хорошо, что всего на двадцать минут. Однако, поскольку, в принципе, подобным грешила редко, да и администратора предупредила, а наплыва пациентов еще не было (повезло, как ни крути), все обошлось.

Единственное, Вадим увидел, как и кто ее привез. Да и стал свидетелем их прощального поцелуя с Виталием, после которого Тане немного сложно было вспомнить, зачем так торопиться на работу, если честно. И Казак, довольный, как кот, налакавшийся сливок, кивнул ей со словами:

— Позвоню позже, после совещания.

Наклонился и еще раз легко поцеловал ее. В подбородок. В этот, едва видный синяк от ее же зубов, который появился из-за него.

Таню бросило в жар.

Виталий широко усмехнулся, заметив это. С самодовольным видом потер след большим пальцем левой руки. Спустился рукой на шею, накрыв ладонью след уже от его засосов, которые она пыталась прикрыть воротником и не собрав сегодня волосы. Эти пряди и стали следующим пунктом на пути следования рук Казака. Он еще минуты две пропускал их между пальцами, молча глядя на Таню.

И она не знала, что сказать, вдруг начав все же смущаться. Вовремя, ничего не скажешь! Утром, и то, не стеснялась, с ходу погруженная в страсть. А в этот момент накатило. Да так, что не знала куда руки деть.

И Виталий словно почувствовал это. Всмотрелся в глаза. Нахмурился. Но все-таки отпустил ее, уехав."

"А вот Таня осталась на крыльце, взволнованная и в смятении. К тому же, поняв, что ей прямо сейчас придется решать проблемы с подчиненными. Потому, отодвинув пока некоторое удивление от обещания Виталия позвонить так скоро, и все свои эмоции в принципе, воззрилась на Вадима:

— Я слушаю, Вадим Артемович, — выразительно подняв бровь, намекнула она (откашлявшись, чтобы не так сипеть), что ему не стоило стоять и пялиться, ни на них, ни нее, вообще. — У вас есть какие-то вопросы?

Таня никогда и ничего ему не обещала, и ни в коей мере не поддерживала ложных надежд в Вадиме. Более того, несколько раз прямо и откровенно озвучивала, что никаких отношений, кроме рабочих и, в какой-то степени, приятельских, между ними быть не может. И Вадим даже внимал, вроде бы. Какое-то время встречался с кем-то, она не особо вникала, но он приводил девушку на рабочие праздники и корпоративы. А потом, наверное, у них что-то разладилось, и он снова увлекся идеей о том, чтобы завоевать Таню.