Дурман

Прям отпустило что-то за грудиной, что до этого и не осознавал, даже.

— А ты умеешь? — все еще со смехом уточнила она, глядя снизу вверх, не освобождая его руку.

Казак усмехнулся и потянул ее на себя, обняв крепко двумя руками, вместе с пледом этим.

— Я с картошкой тебе такое сотворить могу, что не каждый шеф-повар умеет. Любой каприз, Зажигалочка.

Поцеловав ее в ледяной нос, он поднялся.

— Сейчас запасы принесу. Думаю, начнем с глинтвейна, а то ты уже околеваешь, по ходу.

— Виталь, мы так сопьемся, — с сомнением покачала Таня головой. — Лучше чая еще.

— Не бойся, я за тобой прослежу, чтоб не буянила, Танюш, — не согласился он.

Может Таня чай и любит, но настроение он ей точно не спасет, тут Казак мог с кем угодно спорить. А оно ему надо — ее депрессия и хандра? И подавно нет. Ему надо ее отвлечь от грустных мыслей, до которых сам и довел. И чтоб на эту тему, вообще, ничего больше в голову не лезло. От греха подальше.

ГЛАВА 13

О реальной стоимости колье, которое Виталий ей подарил, Таня узнала недели через две. Когда Маша, администратор клиники, видно, что стесняясь, тихо спросила, поймав ее в коридоре:

— А это, правда — Картье? Настоящее?

Девушка показала на колье, которое Таня так и носила, не снимая, потому что Виталий то и дело смотрел, касался этого украшения на ее шее. Не то, чтобы проверял, наверное, но будто бы испытывал необходимость быть уверенным — она его носит.

— Что настоящее? — переспросила Таня, размышляя о состоянии кошки, которую они уже третий день пытались вылечить от пневмонии.

Оторвалась от карточки, что просматривала на ходу. Уставилась на Машу с непониманием. Девушка смутилась еще больше и даже немного стушевалась.

— Извините, Татьяна Николаевна, — Маша отступила. — Глупо. Ясно, что настоящее, — еще тише пробормотала она и протиснулась мимо Тани, торопясь, наверное, на свое рабочее место.

Таня ничего не поняла из этого “разговора”, и даже не сразу сопоставила, о чем Маша спрашивала. Она плохо разбиралась в брендах, если речь шла не о кормах для животных или лекарственных препаратах. Но все же, в этом названии Тане было что-то знакомое. Слышала, но никак не могла поймать ассоциацию. Закончила заполнять карточку, уточнила схему лечения; проверила прооперированных вчера животных и тех, кого они оставили на ночь в клинике из-за тяжелого состояния, чтобы наблюдать. Да и с Вадимом… Ситуация складывалась как-то неприятно. Вроде до открытого конфликта не доходило, но после их пикника, отношения становились все хуже, переходя на рабочую сферу, и напряжение нарастало. Это уже замечали и чувствовали другие сотрудники. Однако Таня пока старалась как-то лавировать и сглаживать. Хотя, порою, ее это раздражало неимоверно.