На крыльях

Александр Михайлович побагровел.

– Ты мне своими деньгами тыкать не смей. Показывай смету, половина – за нами.

Виктор Андреевич окинул его скептическим взглядом.

– А потянете ли? Вы свои возможности оценивайте реально, дрожайший.

– Хлебало-то закрой, – посоветовал ему папа Келлы, не страдающий избытком вежливости. – Я слышал, ты тут в долгах как в шелках да и мои коллеги из ОБЭПа тобой интересовались.

Дальнейшей перепалке двух отцов помешали, и произошло это довольно неожиданно. К их столику подошла официантка, но не та, которая их обслуживала, а другая.

Она замерла и вдруг выронила поднос, который, слава богу, был пустым, но грохот все равно произвел знатный.

– Вы ведь Келла?! – закричала девушка, дико вращая глазами.

Мужчины замолчали. Ефим от неожиданности подавился куском мяса, и Нинка спешно стала колотить его по спине."

"– Н-нет, – прокашлявшись, отвечал он. Парень даже и не думал, что его кто-то узнает в таком виде и в таком месте! Да его друзья не узнавали, увидев с нормальным цветом волос!

– Как – нет? – возмутилась официантка.

 – Это ведь вы! Келла из «На краю»! Только волосы больше не синие! Ой, я твоя фанатка! – перешла она на фривольное «ты». – Даже в Москву на финальный концерт в августе ездила! Потрясно было! Моя подруга лифчик на сцену кидала, ты его на палочке крутил! Помнишь?!

– Какой палочке? – удивленно проговорил Александр Михайлович, ничего не понимая. Марина Сергеевна тоже с удивлением взирала на девушку в фирменном фартуке заведения. И только Таня кусала губы – уж она-то отлично знала, как и второй брат, чем занимается их Ефим.

– Барабанной! – выдохнула экзальтированная поклонница группы «На краю». – Келла, пожалуйста, дай автограф! И можно селфи?! – молниеносно вытащила она телефон.

– Я не Келла, – сглотнул барабанщик, видя, что глаза родителей становятся все больше и больше. – Вы перепутали, девушка.

– Ничего не перепутала! – заверещала она от переизбытка эмоций, тыкая ему под нос блокнотик, в который записывала заказы. – А остальные парни тоже из Берлина вернулись?! А концерт будет?! Я вашу группу обожаю!

– Какую группу? Девушка, вы о чем? – свел брови к переносице Александр Михайлович.

– Мою любимую! – закатила глаза девушка, хватаясь за Келлу, как за самое большое сокровище в мире.

Но в этот момент ее утащили коллеги, которых, видимо, ее поведение удивило не меньше посетителей ресторана. На столик, за которым сидели две семьи, оглядывались.

– Что-то я не понял, – сдвинул брови отец Келлы. – О чем это она говорила?

– Чокнутая, – натужно засмеялся парень, и Нинка тоже нервно захихикала.