Эта больная любовь

 — Покажи ему, какая ты плохая девочка.

Я втягиваю воздух губами, но глаза остаются закрытыми. Он медленно выходит, и я чувствую каждую венозную жилку и бугорок его набухшего члена.

— Это лучше, чем рай. Такая тугая, теплая и мокрая, как раз для меня, — хвастается он, а затем повторяет процесс.

Он буквально трахает меня поверх лица своего друга, претендуя на каждый дюйм того, что Нокс слюнявит под нами.

Безумие — это еще не все.

— Господи, — со вздохом говорит Нокс. — Твой член полностью в ней. Ты не шутил, она, мать твою, сливки льет, чувак. Ей это нравится.

— Тебе нравится? — горловым тоном спрашивает Эроу, одной рукой хватая меня за волосы на затылке и отрывая мое лицо от дивана, пока он трахает меня сильнее. — А, детка?

Он ускоряет темп, его член все глубже входит в меня, прежде чем я чувствую, как пальцы его свободной руки проводят когтями по моей спине, разминая мою плоть. Я вскрикиваю, принимая боль, открываясь для него, пока его тяжелые яйца грубо шлепаются о мои половые губы.

Я пытаюсь кивнуть головой, но мои губы приоткрыты, а слова не могут сложиться.

Нокс приподнимается под нами, но прежде чем он успевает приблизиться, чтобы лизнуть меня, Эроу вырывается и поднимает меня с дивана. Свободной рукой он хватает воротник рубашки Нокса и снова швыряет его на пол посреди комнаты.

— О, да ладно, мужик!

Он подхватывает меня за талию, и мои ноги инстинктивно обхватывают его упругое ядро. Сев обратно на диван, он усаживает меня на свои тонизированные бедра, а затем откидывает голову назад и берется за основание своего члена.

— Сплюнь, — говорит он, глядя на меня сквозь длинные ресницы, сексуальный, как всегда, с размазанной краской на лице.

Я сплевываю на него, пока он трет пирсинг и спускается вниз по его длине.

— Скачи на мне, пока не станет больно, — требует он.

— Больно кому? — я обхватываю руками его горло и медленно опускаюсь по толстому стволу.

Его губы раздвигаются, а глаза грозят закрыться, когда я крепко сжимаю его, впиваясь ногтями в его плоть, используя его шею как рычаг, когда мы снова набираем темп. Его толчки отвечают каждому моему спуску, он заполняет меня снова и снова, лапая мою задницу, впиваясь когтями в кожу, когда я чувствую, как из его горла вырывается грохочущий стон.

— Моя очередь, — комментирует Нокс с пола, и я на минуту забываю, что он вообще здесь был. — Я так чертовски хочу эту сладкую киску. Я сделаю так, что она забудет твое гребаное имя.

Эроу замирает, крепко удерживая мои бедра на месте, его губы подергиваются от этого заявления. Я дрожу от его безумного взгляда. Он только что ударил парня в глаз за то, что тот слишком долго смотрел на меня.