Эта больная любовь

— Ах, блять, куколка, — бормочу я себе под нос с закрытыми глазами, думая о своей девочке, пока нахожу разрядку со шлюхой, спрятанной в шкафу моего добропорядочного отца.

12. В погоне за добычей

Мои веки тяжелые, я чувствую, как сон настигает меня в моей гонке со временем.

Полноценный ночной отдых перед очередным днем занятий, а затем выбор платья для посещения губернаторского бала — это всё, что меня сейчас волнует.

Но, конечно же, Эроу владеет моими мыслями.

Он проник в то пространство любопытства, которое переросло в то, что я не могу игнорировать. Как вирус, он заражает меня непреодолимой потребностью узнать больше. Я бы сказала, что это для того, чтобы защититься от него, но правда в том, что он мог бы уже убить меня. Именно его причины не делать этого заставляют меня желать узнать больше.

Я жду здесь, в темноте, за дверью своей спальни, прислушиваясь к любым признакам того, что он может находиться у меня в доме. Он всегда приходит, но когда? У меня нет ни малейшей догадки.

Послеполуденное солнце село, и ночь подкралась ко мне, как одеяло тревожной пытки, цепляясь в мои плечи и не желая покидать меня. После своего резкого ухода после душа он оставил меня в недоумении о том, куда он пошёл. Где живет этот человек, когда он за пределами моего дома? Какова его профессия, если она у него вообще есть? Есть ли у него семья или близкие родственники поблизости? Наверняка должны быть ответы на мои вопросы. Человек не может появиться ни с того ни с сего с глубоким знанием того, кто ты есть, без какой-либо истории, особенно в этом городе.

Я думала, что Сэйнт обязательно позвонит или зайдет, чтобы убедиться, что со мной всё в порядке после того, что произошло, когда он меня высадил, но я до сих пор не получила от него никаких известий.

Чувствуя, как опускаются веки, я в последний раз смотрю через всю комнату на часы на тумбочке.

3:13 УТРА.

Я просто прикрою глаза на секунду. Только на секунду.

Как только я даю себе шанс сделать это, меня сразу же пугает скрип дерева. Моё сердце начинает бешено колотиться, а кровь приливает к ушам.

Он здесь.

И конечно же, я слышу слабые шаги по лестнице, как будто он просто сам впустил себя в запертую входную дверь. Медленно вскарабкавшись по стене в стоячее положение, я зажимаю нож между пальцами, двигая его, пока он плотно не ложится в моей ладони.

Шаги становятся всё ближе, пока деревянный пол выдаёт место его нахождения.

Я сглатываю последние опасения, когда медная дверная ручка медленно поворачивается. Дверь распахивается, и я чувствую его запах ещё до того, как вижу его. Кожа, сера и мужской мускус. Такой свойственный ему.

Выровняв дыхание, я наблюдаю, как он идёт вперед в комнату, свет луны едва освещает его очертания. Высокий, долговязый мужчина с широкими плечами и тонкой талией.