Эта больная любовь
Блуд — это грех.В Библии говорится, что мы должны избегать сексуальной распущенности. Любой другой грех, который совершает человек, находится вне тела, но сексуально безнравственный человек грешит против своего собственного.Они учат нас, что эти мысли и действия безнравственны. Но та темная сторона, которая живет внутри каждого из нас, истинная природа человека, заставляет нас искать потребность, которая горит внутри и требует освобождения. Глубоко внутри нас таится внутреннее желание, от которой мы отчаянно пытаемся убежать.Врожденное поведение, которое, казалось бы, не поддается нашему контролю.То, что кричит о грехах, которые, как они говорят, мы осуждаем.Эроу — это горло, через которое я могу кричать.Темные стороны меня, которые я хочу скрыть от этого мира, — это все, что он видит, когда смотрит на меня из-под очередной маски.Он — демон, утапливающий меня в моих собственных скрытых желаниях.Возможно, он никогда не остановится. Этого не произойдет, пока я не признаю свою правду или не умру под тяжестью его безжалостной хватки.Потому что, по его словам, жизнь, которой я живу, — это ад, гораздо худший, чем смерть.
Всё, за что я выступаю. Он плюнул в лицо моей религии, сделав то, что он сделал там, размазав свою сперму на моём лбу в какой-то больной демонстрации доминирования.
Я разгорячена, зла и на взводе, когда вытираю лицо от его следов в ванной комнате в коридоре. Я держу голову в своих руках, наклонившись вперед, в то время как от тепла текущей воды образуется легкий пар, поднимающийся передо мной.
Что я натворила?
Я снова попала в его ловушку, выполнив какое бы там ни было задание, которое он мне придумал. Ключ, комната, конверт, разрушение моей невинности…"
"Никогда в жизни со мной не обращались так неуважительно. И, конечно, это должен был быть человек, который не только, похоже, одержим идеей разрушить мою чистоту, но и намерен защищать меня с помощью загадок и скрытых помыслов.
Мои эмоции, мои гормоны, весь мой мир сместился со своей оси из-за него. Я не могла не быть очарованной им там, или в любой другой комнате. Нравится мне это или нет, но меня тянет к нему неведомыми мне способами, как будто что-то глубоко в темных уголках моей сущности говорит с тьмой внутри него.
Он был больше, чем у образа мужчины, представленного мной. Вид его заворожил меня. Твёрдый, толстый и бархатистый, переплетённый пульсирующими венами, с золотым кольцом пирсинга на кончике. Я даже не знала, что мужчины прокалывают свои половые органы.
Это совершенно странно и абсолютно непонятно для меня. Никто даже не может его видеть, так в чем же цель?
Я вспоминаю его грубую хватку за ремень на моей шее и за мои волосы, его хриплые стоны, которые вырывались из его горла, когда он непрерывно «трахал» моё, и тот опасный взгляд в его глазах, когда он сказал мне смотреть на него, пока он был внутри моего рта. Знакомое тепло возвращается между моими бедрами, влажность всё ещё присутствует. Это ощущение, чувство того, что я связана так крепко… оно просто не кончается.
Я чувствую себя грязной. Я чувствую себя использованной. Я чувствую себя… неудовлетворенной, жаждущей большего. Как он и хотел.
Меня раздражает сам факт того, что я вообще могла получать удовольствие от такого ужасного обращения. Но правда заключается в том, что моё тело хотело этого, а мой мозг не мог понять, почему.
Вытерев размазанный макияж под глазами, я беру салфетку, чтобы вытереть губы. Сделав паузу, я смотрю на своё отражение, вспоминая его слова.
Сделай это, Брайони. Или… увидишь, что случится, если ты этого не сделаешь.
Причинит ли он боль Сэйнту, если я не выполню этот больной и извращенный план?
Откуда он вообще узнает?
Я всё равно собираюсь вытереть губы, не заботясь о его правилах, когда стук в дверь практически парализует меня от страха.
— Брайони? Ты там?
Сэйнт.
Быстро приведя себя в порядок, я прочищаю горло и открываю дверь.











