Фиктивный развод. Не отпущу

— А я прям шикарный?

— Я убью тебя!

Боже, какой я болван!

Какого черта не видел в ней этой силы ранее? Почему не пытался вскрыть ларчик, в котором жили эти черти? Это же такой кайф!

Орёт она не потому, что ненавидит, а потому что так сильно любит, что не может совладать с эмоциями. Её кроет лавиной, и меня заодно утягивает.

Горячая, нежная, любимая…

Права Карина. Я слепой, глухой и тупой!

Но вместо того, чтобы остановиться, продолжаю вкидывать дровишки в пламя, потому что хочу знать, что скрывается внутри этой фурии.

— Люблю!!!! — я чуть пригнулся, уворачиваясь от последнего яблока, а после рывок, и вот она, амазонка заведенная, уже в моих руках.

Теплая, настоящая, полная непознанных страстей.

Её сердце колотится, мечется, грудь бешено вздымается, набирая мощь с каждым вдохом.

— Люблю так, что яйца сводит, Карина… А ещё я думаю о тебе постоянно. Я и раньше думал, но как-то иначе, — сжал край топика и рванул вверх, сдирая его, чтобы просто прижаться телом к телу.

Втянул торчащий сосок, сжал губами и ударил кончиком языка, срывая грудной всхлип с её губ.

— Как о кухарке, домработнице и высококачественной няне? Ой, Левон, ты ещё забыл, что я твоих родителей уважала, по выходным готовила, к врачам записывала, — Кара оттолкнулась и попыталась вскарабкаться на кухонный остров в попытке сбежать. — Нет, Куталадзе… Теперь игра пойдет только по моим правилам, либо никак!

— И что за правила такие? Огласите весь список, пожалуйста, — сцапал её за щиколотку, рывок, и Кара шлёпнулась на столешницу задницей. По сколькой поверхности прокатил её к себе, прижал, за что поплатился… Кара дикой кошкой впилась ногтями в кожу, задоря меня коварной улыбкой.

— Добейся меня, Куталадзе…

— А на дуэли не сразиться? — признаться, я готов был ко всему, но вот не к этому…

Смотрел в красивое, молодое и такое ясное лицо жены, пытаясь уловить хоть малюсенький намёк на шутку. Но нет… Она была серьезна.

— Я очень надеюсь, что тебе хватит благоразумия не делать этого. У нас есть сын, о нём подумай, а не о своих гудящих яйцах, — Кара напряглась, закусила нижнюю губу, как делала в моменты глубокой задумчивости.

— Значит, я должен тебя добиться? То есть все эти серенады, завывания под луной, ужины при свечах и томные признания на открытках? — взял её ногу, поднял и начал целовать от самых пальчиков. Прикусил кожу на щиколотке, проложил дорожку языком, внимательно отслеживая реакцию её тела.

Вроде, говорить нужно серьезно, а в голове только «Камасутра» шуршит страничками…

Как долбанутый студент, дорвавшийся до женского тела. Ещё её грудь так соблазнительно покачивается… Как маятник зомбирующий. И я уже готов сделать всё, что она скажет.

— Ну да, — она довольно кивнула, ласково огладила мою шею, прошлась ноготками по линии щетины.