Фиктивный развод. Не отпущу

— Вот же ж сука!"

"— Ещё какая, — закрыла глаза, представляя лицо Нино. Она была старшей сестрой Левона. Такая приторно-холодная идеальная красота, прямая осанка, туман безразличия во взгляде. Не женщина, а картинка…

Она постоянно смотрела на всех сверху вниз. Мы априори были ниже её статусом, менее достойны счастья, любви, внимания. Любое семейное застолье она могла перевернуть в пышное чествование своей персоны по любому поводу. Годовая пятёрка по геометрии, окончание школы, университета, новая должность, повышение…

Вот только личная жизнь её не сложилась. И это слабо сказано…

Нино с какой-то одержимостью мечтала о замужестве. Однако только дядя Жора Куталадзе считал иначе. Он активно вкладывался в образование дочери, нанимал кучу репетиторов, чтобы Нино поступила в столичный ВУЗ.

Он снова и снова повторял, что прошли времена, когда женщина – просто красивая и просто замужняя! Женщина должна уметь выжить и без мужика!

Тогда это было так странно слышать, при условии, что дядя Жора и мой отец давно договорились о нашей свадьбе с Левоном. Очевидно, прогрессивное мышление касалось только его старшей дочери…

Но и Нино не собиралась потакать отцу.

Торжественно завалила вступительные в столице, вернулась и назло всему миру подала документы в местную юридическую академию, где и познакомилась со своим Коленькой.

Влюбилась как кошка! Уже через несколько месяцев она притащила его на семейный ужин, где представила как своего жениха.

Родители были в шоке. Братья – в ауте… Но Нино так вдохновилась их шоком, что не перестала сыпать сюрпризами. Ещё через месяц она принесла свидетельство о браке, поверх которого лежал тест на беременность…

Но счастье длилось недолго. Коленька быстро наигрался в семейную жизнь, а на пятом месяце беременности и вовсе бросил её, заявив, что подаренную на свадьбу квартиру они будут делить пополам, как совместно нажитое имущество.

Нино увезли на скорой и, к сожалению, ребёнка спасти не удалось…

Это стало настоящим горем для наших семей.

Она и раньше не отличалась добротой и сдержанностью, а после всего случившегося и вовсе превратилась в змеюку ядовитую.

Нино была единственной, кто был категорически против нашей свадьбы. Умоляла отца не губить Левона, говорила с моими родителями, уверяя, что это ужасная ошибка!

А когда стало ясно, что никто из них не отступится, в знак протеста не явилась на свадьбу…

Кстати, с тех пор мы почти и не виделись. Не было её ни на выписке из роддома, не было и на «каше», и даже когда вся наша чокнутая семейка в полном составе повела Андро в первый класс, её тоже не было.

Нино не выносила моей компании. Она морщилась в гримасе отвращения, не щадя, лупила ненавистью во взгляде, словно причиной своих неудач меня выбрала.