Язва на полставки

 — Но если муженёк вдруг скопытится, тебя хоронят заживо рядом с благоверным. Вместе со всеми твоими цацками и слугами.

— Что, правда? — девчонка в ужасе. Для новой информации её неокрепшеесознание оказалось неподготовленным.

— Да хз.

— Правда, — не могу не вмешаться. Язык у меня как помело, не стану отрицать. Но если есть возможность ткнуть кого-то носом в пробелы современного образования, как удержаться? — Не всегда, но практиковалось. У Египтян было особое отношение к загробному миру. Они верили, что смерть — это продолжение жизни, а в новой жизни дохлому фараону необходимы спутники и подношения так же, как и в прежней.

На меня смотрят, словно я вмешалась в интимный процесс. Ну сорри, ребят.

Просто если выдаёте инфу, вы хотя бы будьте в ней уверены.

От витрины с погребальными сосудами, в которые раньше расфасовывали органы, откалываются ещё двое: высокий парень и девушка с двумя косичками. Эти явно постарше первых, мои ровесники. Парень расслабленный, на позитиве, зато девчонка недовольная.

— Вот это я понимаю — русская рулетка, — с вызовом хмыкает он, обращаясь к спутнице. — Видишь, тут замуж выходили с потенциальной возможностью откинуться по молодняку, а ты просто встречаться со мной боишься.

Девчонка в ответ закатывает до небес кукольные глазки. Да, точно чем-то недовольная. Или кем-то. Но миленькая.

— Если так ты хотел заменить фразу «будь моей девушкой», то вышло паршиво.

— Что значит «будь»? А сейчас ты, типа, кто?

— Ну не знаю.

Наблюдаю за парочкой с интересом подъездной бабки. Только вместо семечек у меня приторная сгущёнка, от которой ноют новоиспечённые пломбы и жутко хочется пить. И как здесь не наесть бока? Жопа, вон, уже давно разнеслась.

— Ладно, не будь это культурным местом, я б тебе сказал…

Девушка перебивает спутника жестом, переключаясь на меня.

— И что, никак не отмазаться от участи быть погребенной с муженьком?

— Почему же, — с удовольствием облизываю ложку я. — Ум и смекалка. Нефертити отмазалась. Её совсем школоло отдали в гарем, но фараон быстро представился, что, как мы понимаем, означало незавидную участь для всех наложниц. Однако дамочка проделала финт ушами и замутила с его сыном. Сынуля настолько влюбился в красотку, а та была реально красоткой для тех времён, что сделал её главной женой. А потом и соправительницей, уж больно мягко та стелила. Женская мудрость, скажи? Ну или меркантильность. Уже не узнаешь наверняка. Но фрески говорят, что чувства у них всё же были взаимными.

— Тогда это очень красивая история любви, — умиляется школьница, которая, как оказалось, подслушивает нас краем уха. Какие гаврики ушлые: мы как бы не с вами, но локаторы настроены в фоновом режиме."

"— Нефертити бы с тобой не согласилась, — назидательно салютую ей ложкой.