#идикомне

– Почему унижения? – съехались его брови над переносицей.

– Я уже поняла, что недостойна того, чтобы называть тебя крутым прозвищем. Не нужно мне это разжевывать. Никита, так Никита.

– Ничего ты не поняла, – вздохнул он. Легкая улыбка тронула уголки тонких губ. – Я прошу, чтобы ты называла меня по имени, как делают только мои родители, а ты… – договаривать он не стал. Но даже эта незаконченная фраза вырвала из груди копьё и залатала рану чудо-пластырем с нагревающим эффектом.

– Ясно, – выронила я, отведя взгляд от его лица. Обняла себя за талию и мелко содрогнулась, когда по ногам пробежал холод, который, похоже, принесло из холла.

– Растопим камин? – спросил Кли… Никита. – Парни как раз постарались сделать из старого стола отличные дрова.

– Так он настоящий? – расширились мои глаза. Уставилась на широкий камин, который до этого момента принимала за гипсовую декорацию.

Никогда не видела настоящего камина. Только в фильмах или на фотографиях.

– Конечно, настоящий, – нисколечко не стал кичиться парень. – Сейчас всё принесу. Станет теплее.

Глава 24

Один только треск щепок сломанного стола, объятых пламенем в камине, заставлял чувствовать себя теплее.

Взглянула на часы на телефоне. Время уже перевалило за час ночи. Но, кажется, в этом доме спать никто не собирался.

Карина с Данияром всё ещё возились в кухне. Судя по запахам, они что-то готовили, а, судя по звону посуды, частенько прерываемым смехом, про нас они забыли почти сразу как оказались наедине.

Неторопливо обошла гостиную, единственным источником света в которой был камин, по периметру. Климов сидел на широком кожаном диване и смотрел прямо перед собой на разгорающееся пламя.

Мне на выбор осталось два кресла близ камина прямо перед ним. Долго собиралась с силами, но, всё же, устроилась в том, что было ближе всего к огню и, соответственно, к теплу.

С трудом сдержала желание подтянуть ноги к груди, чтобы можно было уткнувшись подбородком в колени, смотреть на то, как языки пламени поглощают лакированную древесину. Наличие ботинок на ногах стало хорошим ограничителем моей маленькой вольности. Наверное, не стоит так сильно «одомашниваться» в этом доме?

Одну щеку грело теплом камина, другую – прожигало примагниченным ко мне взглядом.

Он смотрел. Он точно смотрел. Возможно, даже не на меня, не в упор, но тот факт, что его взгляд проходил по касательной меня и прямо на огонь, вынуждал затаившуюся когда-то паранойю вновь выглянуть из чулана.

Отвернулась от камина и уставилась на свои руки, сложенные на коленях. Рукава толстовки натянула до кончиков пальцев и обняла себя за талию.

– Не греет? – донесся до слуха слегка осипший голос Климова.

– Всё хорошо, – бросила на него быстрый взгляд и снова повернулась к огню.