#идикомне
Мы не выбираем, какими нам родиться. Никто перед рождением на свет не удостаивается чести выбрать из предложенного меню внешность.Когда всю сознательную жизнь терпишь унижения со стороны сверстников только потому, что не похожа на них, становишься чёрствой, закрытой и наполняешься понятной только тебе ненавистью к тем, кто считает себя вершителем чужих судеб. Ты их больше не боишься. Страх перед ними – чувство, смытое реками слёз в кабинке школьного туалета.Поступив в университет, я создала себе новую внешность, чтобы не привлекать повышенного внимания к своей персоне. Но оказалась не готова к тому, что меня очень быстро раскусит самый плохой и влиятельный парень университета.
– Есть плед, если нужно, – не унимался парень.
– Не нужно. Спасибо, – в этот раз поворачиваться не стала.
Конечно, очень хотелось снять ботинки, завернуться в плед и бездумно смотреть на языки рыжего пламени, но, во-первых, я не хотела так сильно расслабляться в неизвестном мне доме рядом с людьми, которым не доверяю, а, во-вторых, при таком расслаблении я могла очень быстро и легко уснуть. Недосып и напряжение, что тянулись за мной уже несколько недель, поджидали за углом и в любой момент могли дать мешком по голове.
– Ребят! – неожиданный возглас Карины порвал звенящую тишину.
Невольно вздрогнула, но поворачиваться к ней не стала. Резким движением руки завесила часть лица волосами.
– Ого, вас разбросало! – следом появился и Данияр. – Поссорились, что ли?
– Яся просто греется. Никто не ссорился, – ответил за нас двоих Никита.
Голос его казался усталым. Похоже, в этом доме спать хотела не я одна."
"– А мы поесть приготовили, – почти хвастливо объявила соседка. – Ну, ни то, чтобы прям приготовили. Просто разогрели то, что было нетронутым из доставки. И чай ещё с лимоном сделали? Перекусим?
– Поздно уже, – снова ответил за нас двоих Никита.
– Камон, Ник! – теперь пространство заполнил голос Данияра. – Давай пожрём и в люлю потом. Нифига же не поели с этим футболом.
Эти двое заполняли своим присутствием каждый тихий угол гостиной. Даже молча, они умудрялись издавать кучу звуков: от шуршания одежды до тихих вздохов и смешков.
– Яся? – обратился ко мне Никита.
– Что? – слегка повернула голову в его сторону.
– Перекусим?
– Я не голодна.
– Врёт! – вопль Карины вновь отлетел от стен. – Я сейчас буду жаловаться, но накипело – она почти не ест.
– А если она в самом деле не голодна? – кажется, я была внутренне благодарна Никите за то, что сейчас на все вопросы отвечает он один.
– Каблук, – буркнул Данияр и тихо усмехнулся.
Что-то оказалось в него брошено. Кажется, диванная подушка.
– Яся, – с нажимом продолжала Карина.
– Мы сейчас придем, – снова Никита. – Идите.
– Точно придете? – Карине бы пытать кого-нибудь, а не к ужину звать.
– Точно, – уверено заявил Климов. – Идите. Мы вас догоним.
– Идём, кудряшка, – Данияру, наверное, пришлось нести ее на руках. Упорства этой девушке не занимать.
Когда их шаги отдалились, а кухню снова заполнил звонкий смех Карины, я смогла расслабить плечи и отвести взгляд от камина.









