Игры героев

А что, если он меня по-тихому прирежет, золото прикарманит? Я никто и звать меня никак, родственников, друзей в Запе нет, о нашей с повстанцами договоренности Хатбор не знает. Вдруг орк уже обыскал мою комнату и выкрал карту?

Взбежав по лестнице, я отворил дверь и полез под кровать, ощупал днище, где прилепил воском дудочку и карту. Есть, все на месте. Значит, обыска не было. Тайник-то простейший, самый захудалый карманник при желании обнаружит его.

Заперев дверь не только на ключ, но и на засов, я уселся на кровать и снял серебряную цепочку со свитка, расстелил его на покрывале, придерживая загибающиеся края.

Черт ногу сломит. Не карта, а фантазии абстракциониста: нагромождение геометрических фигур. Понятно, что треугольник символизирует гору, но все остальное как разобрать? Гора-то ведь не плоская, каждый ярус надо расписывать.

Суперсчет тут не поможет. Я перевернул карту, снова перевернул. Понятней не стало. По идее, пунктир, теряющийся в хитросплетениях фигур, обозначает начало маршрута у основания пирамиды. А дальше как? Не прокачан у меня скилл картографии. Поучиться, что ли?

Поглощенный проблемами, я только сейчас задумался: какой он, Мегалон? Мир ведь не ограничивается интернациональным Запом.

Если есть валюта эльфов, прочие денежные единицы, значит, должны существовать их государства, столицы, куда непросто попасть чужакам. Надо будет ненавязчиво расспросить Ярину… Нет, не надо. Следует купить карту мира, а то сижу тут, как тот червяк в навозной куче.

Итак, до вечера оставалось несколько часов. Чем бы себя занять? Шататься по городу стремно – мало ли что может случиться, нельзя рисковать перед ответственным мероприятием. Разрабатывать план – без толку, надо это делать вместе с участниками, причем команду собирать как на босса: хил, несколько танков, дамаг-дилеры, неплохо бы мага-саппорта, чанта.

По возможности, если получится. Привлекать посторонних не очень-то хочется.

Шмот себе покупать тоже рановато. Сначала надо выяснить, какие у меня будут функции. И Хатбора не расспросишь – занят он. Пообедать, что ли? Живот заурчал.

В трактире висел плотный запах готовящейся стряпни – шашлык, квашеная капуста, жареный лук. Сквозь шторы из мешковины, как через решето, в зал проникали тысячи лучей, ложащихся сетью на беленую стену.

Три стола из восьми были заняты.

Против света сидели асины, пятеро, и молча поглощали похлебку из горшков, закусывая разломанной лепешкой. Аппетит пропал, но уходить я не стал, занял столик между ними и гномьим семейством, чтобы слышать, о чем говорят стражники. Дожидаясь разносчицу, я разглядывал гномов.

Их было трое: муж, жена и гноменок. Эта гномья женщина была ничего – худенькая, миниатюрная, без бороды. Поверх мужского костюма на ней была присыпанная пылью кираса.