Из ледяного плена

Зубову снился прекрасный сон, в котором они с Велимирой целовались под соснами на берегу Финского залива. Внутри сна Алексею было так хорошо, что просыпаться категорически не хотелось. Он зарывался в подушку все глубже, пытаясь удержать столь приятное сновидение, но телефон звонил, ввинчивая острые гудки внутрь черепной коробки.

Окончательно проснувшись и осознав, что звонить могут по работе, он рывком сел на диване и, не глядя на экран, схватил телефон.

– Да. Зубов. Слушаю.

– Алеша, Мира с тобой?

Он не сразу понял, что чересчур спокойный голос в трубке принадлежит Брониславу Петровичу. Такой голос бывает только тогда, когда человек очень волнуется, более того, он до смерти напуган. Алексей отнял телефон от уха и посмотрел на экран.

«Борисов Б. П.» – было написано там.

– Бронислав Петрович, это вы? Что-то случилось?

– Алеша, – монотонно повторил голос в трубке. – Мира у тебя?

– Нет. Мы попрощались… – Он снова посмотрел на экран, теперь определяя время. Половина второго ночи. – …в районе восьми часов вечера. Она привезла меня домой и уехала.

– Куда?

Зубов растерялся:

– Я не знаю. Я думал, что домой. Она сказала, что ей надо побыть одной.

– Почему? Вы поссорились?

– Нет. Мы не ссорились. Бронислав Петрович, что случилось?"

"– Мира должна была сегодня идти с матерью в театр. Но днем она позвонила и отменила поход. Сказала, что с Ирочкой произошло несчастье и ей надо поехать к тебе. Она пообещала матери, что вечером обязательно позвонит. Но не позвонила. Сначала мы не волновались, потому что она ведь к тебе поехала. Рядом с тобой с ней ничего не может случиться. Но когда мы вернулись из театра, я пошел вместо нее, так вот мы вернулись, и маме, Вере Афанасьевне, стало плохо. Мы вызывали скорую. У нее случился сердечный приступ. Впервые в жизни. Она никогда не жаловалась на сердце. А тут ей стало плохо, и она принялась твердить, что с Мирой что-то случилось. Оля позвонила ей, чтобы успокоить маму, но Мира не берет трубку.

Зубов снова тупо посмотрел на часы.

– Бронислав Петрович, сейчас половина второго. Она спит, скорее всего.

– Она бы проснулась от звонка. Она никогда не выключает телефон на ночь. Все-таки ее бабушка – уже пожилой человек, да и вообще. Она терпеть не может оставаться без связи. А тут мы не смогли дозвониться. Я, чтобы успокоить маму, сел в машину и поехал в город. Но дома ее нет, Алеша. Вот я и решил, что, может, она у тебя. Но ты говоришь, что ее нет.

Голос его упал до шепота. До Зубова стало доходить. Миры нет дома? Но где она может быть ночью? Они расстались более пяти часов назад. Куда она могла отправиться, если не домой?

– Она так и сказала, что ей нужно побыть одной? – спросил Бронислав Петрович.

– Да. Точнее, нет. Это я так решил. Мы должны были провести ночь у нее.