Измена. Вернуть любовь

И кстати, я понял ещё один момент: моей ошибкой было то, что решил доверить блок рабочих задач своей девушке. Бывшей девушке. Потому что сейчас будет не удобненько работать и, говоря откровенно, не буду чувствовать уверенности, доверяя бухгалтерские вопросы своей фирмы бывшей. Плюс и Яне это зачем? По-хорошему и ей бы… уволиться. Думаю, намекну ей попозже.

Ну и вишенка на торте.

Шмелев в последнем телефонном разговоре подлил масла в огонь.

— Что сынок, расстался со своей Катериной? А соломку уже успел подложить или, как обычно, эмоции взяли верх?

— Антоныч, ты сейчас о какой именно соломке говоришь? Больше конкретики.

— Вся твоя ресторанная бухгалтерия на твоей женщине. Бывшей. А бабы, знаешь ли, мстительные существа.

— Да знаю. Но у неё случилось несколько приступов истерики из-за нашего расставания. Если скажу сейчас, что и рабочие связи надо оборвать, то…

— То это будет правильным решением, какая разница, когда всадить осиновый кол. Ты же всё равно это сделаешь. Раньше или позже, разницы не вижу.

— Дам себе ещё пару дней на размышления, а ей на то, чтобы успокоиться.

— Ну смотри, родной, я своё мнение сказал.

Ещё как сказал. С самого утра только это и крутилось в голове. А позже на работе у Яны кровь из носа пошла и меня в конец выбило из колеи. В итоге решил, что увезу её, чтобы развеялась и сам выдохну.

Заехал в магазин, купил новую звонилку, потому что от её телефона срочно надо избавляться. Я уверен, Белов Александр давно постарался и поставил туда “маячок”. Сидит, спокойненько слушает, смотрит, читает и вообще в курсе всей движухи вокруг Яны. Это мы уже проходили в прошлом. А л. ди, как мы знаем — не меняются. За исключением редких случаев. Да, это я о себе, мудаке говорю."

"От телефона избавился, выбросил в речку и ожидаемо огрёб, каюсь мой косяк, можно было по-другому. Экологично опять же, но видимо хреновый из меня эколог. В тот момент я был на таких каруселях эмоций, что мозг тихонько закрыл дверку и позволил править балом моим шальным демонятам. А всё почему? Потому что Белова какого-то хрена уселась в машину к добрячку Широкову, который давно слюни на неё пускает. Уж я то это заметил, в отличие от неё.

К чёрту всё!

Важно лишь то, что сейчас я сжимаю руку своей своенравной девчонки и веду её на берег реки, чтобы проводить вместе закат. А потом ночь. И утро. И весь следующий день.

Моя она. Вся. Без остатка.

Сжимаю крепче ладонь, и Яна притормаживает, смотрит с хмурым видом. А я выдаю ей улыбку.

— Люблю тебя, русалка моя!

— Русалка? Почему именно русалка? — удивлённо склоняет голову набок.

— Потому что каждый раз ты затягиваешь меня в самые глубины и я тону в этом медовом океане. Но мне так хорошо, так сладко.

— Оу, тебе бы книги писать. Неожиданно слышать из твоего рта такие словесные канделябры.