Когда ты вернешься ко мне
ХолденРодители хотели сделать из меня «идеального сына».Они поняли свою ошибку, когда я вернулся из лагеря терапии в истерике, весь избитый.Потом была кушетка лечебницы для душевнобольных. Из-за холода, что впился в меня ледяными клешнями.Да, я все так же крут, но теперь уже сломлен. Больше никого не подпущу к себе и на метр.Мне осталось продержаться год в Санта-Крузе, после чего я заберу наследство и начну все сначала.Я не планировал влюбляться.Но судьба смеется над нашими планами, не так ли?РиверЧто для меня счастье? Семейная автомастерская, дом, жизнь в Санта-Крузе.Футбол не входил даже в десятку. И я притворялся, чтобы оправдать чужие ожидания.Для всех остальных моя жизнь идеальна. Для меня она – ложь.С тех пор как заболела мама, слово «дом» приобрело иное значение. Я терял с ним связь, удаляясь все дальше от самого себя.Я мечтал о тихой гавани. Холден был другим.Бунтарь по натуре, любитель парижских вечеринок, неисправимый сердцеед.Моя полная противоположность.Но что случилось бы со мной, если бы он ушел?Демоны одного, обязательства другого – все играло против них. Но, разбивая сердца, судьба дарит то ощутимое и реальное, отчего ты уже не в силах отказаться…
Очередная книга казалась немного лишней, но под форменной курткой и небрежной улыбкой скрывалось гораздо большее, чем кто-либо знал. Он видел меня в моем худшем состоянии и остался. Самое меньшее, что я мог сделать, это дать ему понять, что тоже вижу его настоящего. Что он не один.
Я осмотрел полки с художественной литературой, и мой взгляд зацепился за одно название.
– Идеально.
Сделав покупку, я попросил Джеймса отвезти меня к дому Ривера. Но в итоге так и сидел неподвижно на заднем сиденье, сжимая книгу в потных руках.
– Сэр?
– Это плохая идея.
– Почему?
– Потому что… А если его нет дома и откроет кто-то другой?
Джеймс нахмурился, глядя в зеркало заднего вида.
– Нет, ты прав. К черту. Разве преступление подарить другу книгу? Спасибо за ободряющую речь, Джеймс.
– Обращайтесь, сэр.
Я прошел по парадной дорожке Уитмора и постучал в дверь. Открыла молодая девушка лет четырнадцати-пятнадцати, с такими же голубыми глазами и темными волосами, как у Ривера. Она с любопытством меня оглядела, окинув взглядом плотное пальто, несмотря на теплый полдень.
– Чем могу помочь?
– Ривер дома?
– Он в нашей мастерской.
– Его школьный друг.
– Как тебя зовут? – поинтересовалась она, практически требовательно, от нее волнами исходило любопытство.
– Холден. Школьный друг. А ты?..
– Его сестра, Амелия.
– Очень приятно. – Я показал свою покупку в книжном магазине. – Хотел вернуть его книгу.
– На вид совершенно новая.
– Точнее, заменить. Ривер одолжил мне свою, и я пролил на нее… соус. – Я внутренне содрогнулся. Соус? Господи, чувак.
– Можешь, – задумчиво протянула Амелия. – Или можешь сам завезти ее в мастерскую.
– Не думаю, что это хорошая идея. Не хотелось бы его отрывать.
Амелия прислонилась к дверному проему и скрестила руки на груди.
– А я думаю, что это очень хорошая идея. На самом деле, думаю, что Риверу действительно не помешал бы твой визит, Холден. Это недалеко. Чарльстон-стрит, в южной части центра города.
– Да, но…
– Было приятно с тобой познакомиться, – сказала Амелия со странной улыбкой, а затем закрыла дверь, оставив меня на пороге.
– Вот оно и случилось.
Я развернулся и направился обратно к машине, размышляя о разумности посещения Ривера в его семейной мастерской.
На людях. Средь бела дня.
Затем представил его раздетым до джинсов и майки без рукавов, блестящие мышцы испачканы маслом, а он склонился над чем-то грязным и механическим.
– С другой стороны…
Я назвал Джеймсу наш новый пункт назначения и попросил его припарковаться сзади. Проскользнул по переулку в сторону гаража, убедившись, что меня никто не видит.

















